Читаем Неправильная содержанка полностью

— Неа. Но, может, хотя бы часть. Я бы тебе ещё посоветовала самым болтливым сообщить правду — что Стас идиот и кобель, так что ты страдаешь и просишь тебя не беспокоить.

— Они растрезвонят…

— Это и нужно. Зато от тебя остальные отвянут.

— Родители будут требовать меня к себе, ругать…

— Ругать? Ритуль, родители должны поддерживать ребёнка, а не ругать. Я правильно поняла, что они не одобрят, да? Ты у них самая виноватая?

Маша шумно отпила чай и пододвинула к себе мёд. Я ещё вчера заметила, что она к нему неравнодушна. Как медведь.

— Правильно, — буркнула я.

Плечи опустились сами собой. Меня угнетала ситуация с родителями и от общения с ними я всё чаще чувствовала себя несчастливой неудачницей.

— А ты не думала разочек с ними разругаться и сделать перерыв в общении? Не, ну я, конечно, не психолог по семейным проблемсам, но всё же. Вариант. Нет?

— Возможно.

— Вот и давай попробуй. Тебе нужна небольшая передышка. Никакого контроля. Свободу красоткам!

Машка затанцевала на стуле, ещё и начала напевать песенку, правда, слов я не разбирала.

— Действуй, сестра!

Признаюсь, я давно хотела избавиться от тотального контроля родителей, но всегда опасалась их обидеть. А мама, словно нарочно, играла на моих чувствах. Не стесняясь.

— Ладно. Я, наверное, так и поступлю, если они начнут наезжать.

Разговор изначально не задался. Мама заорала в трубку, что я неблагодарная дочь, что не уважаю, не люблю, не думаю о том, как они с папой будут выглядеть в глазах друзей и знакомых, до чего позорно себя повела и вообще, лучше бы вышла замуж, а потом развелась.

Признаюсь, я обалдела.

Нет, я знала, что будет непростой разговор и вряд ли моё поведение одобрят.

Но не так ведь.

Прожевать измену Стаса, улыбаться, тратить огромные деньги на свадьбу…

Идиотизм!

Да я радовалась как ребёнок, что свадьба у нас была поспешная и мы за это время в силу занятости на работе успели только кольца купить и ещё даже не отвезли аванс в ресторан!

— Мама…

— И ты ещё смеешь называть меня матерью? Опозорила! Унизила! Оскорбила! — верещала она в трубку.

Я сбросила вызов и беспомощно посмотрела на опешившую Машку.

— Вот это да, — произнесла та медленно–медленно, будто до сих пор не могла поверить своим ушам. А орала мама так, что слышали, наверное, даже соседи. Это, безусловно, преувеличение, но не большое.

— Угу.

— Это, конечно, мама и всё такое, но может, вам реально сделать небольшой перерыв в общении? — осторожно уточнила новая подруга.

У меня тряслись руки и подбородок. Слёзы грозились обжечь щёки. Но одновременно с тем, я словно собралась.

Если уж родная мать не понимает меня, не желает поддержать. То кто мне остаётся? У меня есть только я. И я не позволю больше себя обижать.

Выдохнув через ноздри весь свой гнев, села за стол. Усилием воли расправила плечи. Посмотрела на Машу.

— Закрыли тему. Теперь подружки.

Быстро надиктовала девчонкам в мессенджеры свою печальную историю, попросила меня временно не дёргать, я вся в работе и хочу пережить трагедию самостоятельно.

— Сарафанное радио, выпуск первый, — прокомментировала Маша. — Теперь давай приведём тебя в порядок и наведём здесь марафет.

— Марафет? Это чужая квартира.

— Ой, много ли ты понимаешь! Квартира должна носить отпечаток личности. Ты у нас девушка скромная, но аккуратная. И напоминаю: не сотрудник компании, а молодая девушка, на которую клюнул биг босс. Вот и обставим быстренько квартиру декором. Пусть временно, но ты должна здесь чувствовать себя комфортно. Ну и вдруг Святослав зайдёт тебя проведать. А он зайдёт.

Строить из себя монашку не стала. У Маши свой взгляд на жизнь, у меня свой, а красиво оформленный интерьер, да ещё и за чужой счёт в моих условиях — подарок судьбы.

Прежде жизнь не баловала. А сейчас словно пытается загладить вину или помочь, показать, что всё не так плохо и отчаиваться не стоит.

А Святослав… Не знаю, воскресит ли он мою веру в мужчин, но одно знаю точно — сейчас мне не нужны никакие серьёзные отношения.

Я буду делать то, что хочу, тогда, когда хочу и с тем, с кем захочу!

Осталось только поверить в эти слова.

Мы разобрали мои вещи, часть сразу упаковали назад по сумкам, но уже в логической последовательности и с записками, что где лежит, — зимние вещи отдельно, кухонные приборы отдельно от носочков и чулочков, а то ночью мне было не до того, поэтому всё лежало вперемешку.

В сухом остатке вышло не так много нужных сейчас предметов и одежды.

— Вот какие мы молодцы! Ты готовить умеешь? — вдруг спросила Маша. — Чего ты так смотришь? Я у тебя в холодильнике в прошлый раз ничего, кроме сыра и колбасы не нашла. Мало ли.

— Умею.

— Отлично. А теперь давай приготовим что–нибудь нам перекусить и вам на ужин.

Я посмотрела на неё с ужасом.

— Маша…

— Что Маша? Ты должна поблагодарить Святослава хотя бы ужином. Я же не говорю нырять к нему в койку. Это уж он пусть сам старается. Моё дело — научить тебя нормально общаться с мужчинами. Этот, вроде, ничего.

— А Виктор?