Читаем Непокорная полностью

Я стушевалась под насмешливым взглядом господина и переступила с ноги на ногу. Если уже и папенька в таком настроение, то мне только и остается, что самоустраниться. О стену, что ли убиться? Дверь в гостиную распахивается, являя нашим взглядам злого отца. Неосознанно делаю шаг ближе к господину. Он же посланник повелителей, а они детей в обиду не дают.

- Что же ты? Храбрая наемница? – звучит насмешливо за моей спиной. И меня просто бесит этот издевательский тон.

- Диана! – словно не замечает нашего высокопоставленного гостя отец, но тут же осекается, увидев наконец-то серьезного господина в черном замшевом костюме. – Простите, господин, - склоняется папа и бросает мне, словно кость, - марш в свою комнату! Поговорим позже!

Я нерешительно переступила с ноги на ногу, но напутственный толчок в спину меня оживил, заставляя повиноваться. Мужчины остались одни, матушку так же, как и меня отправили прочь, но меня она не трогала, нервно теребя пальцы и кусая губы.

А я в смятении чувств поднялась в свою комнату и рухнула на кровать. Разревелась. Эмоции требовали выхода. А их было во мне через край. Мечта, которую я так любовно лелеяла многие годы, сегодня была зверски разорвана на клочки, поругана и растоптана начищенными до блеска ботфортами. Жестоко и цинично. Несправедливо.

- Диана, ты уверена, что все взяла? – суетится матушка, проверяя мой сундук.

- Мне там особо ничего и не понадобится, - смотрю в окно, как неотвратимо сгущаются тучи над городом, так и мое настроение не светлеет ни на тон. Карета, должная меня доставить в столицу, уже стучала колесами по мостовой, приближаясь к нашему дому. Вещи были равнодушно сброшены в недра сундука. – Пансионат обеспечивает формой и всем необходимым, - напоминаю я матушке.

- Все равно, нельзя ехать налегке. Так, белье, ночные сорочки… - копалась мать в поклаже, проверяя мою сознательность. – А это тебе зачем? – разворачивается ко мне родительница, брезгливо держа в руке отцовский кинжал, который я выкрала для своего неудавшегося побега. И сейчас не забыла его с собой прихватить. Зачем? Если мечта моя останется лишь мечтой? Не знаю. Не могу взять и отказаться от этой идеи. Да, господин был жесток, но не соврал мне ни на полслова. Не щадил моих чувств, факт. И надо будет при случае сказать ему «спасибо», что развеял мои неактуальные представления о профессии охотника за головами. Действительно никакого романтизма. Ничего красивого. Мерзко даже. Противно. Но… прав господин. Кто-то должен делать грязную работу. И я должна стать сильнее. Ловчее. Умнее. Мне надо больше знаний. Чтобы быть готовой к любой ситуации в жизни. даже, если я не смогу пойти и убить объявленного в розыск преступника, я смогу защитить себя, буде такая необходимость. Поэтому забрасывать свою порванную на клочки мечту не намерена. Аккуратно сложила все обрывки где-то в пыльном закоулке потемневшей от разочарований душе и любовно прикрыла все это надеждой. На что только надеюсь не знаю. Но точно не позволю сделать из себя покорную домашнюю клушу. Нет. Я буду жадно впитывать все необходимые знания. Пытаться найти знания запретные для моей половой принадлежности. И делая вид, что смирилась со своей участью, рано или поздно, но стану мастером меча. Хотя бы уровня Брайтона. А может быть когда-то и опрокинуть брата на лопатки удастся.

Карета подъехала, скрипнув, остановилась у ворот. Отец молча снес вниз мою поклажу, помогая кучеру ее закрепить. Мама спешно бросилась на кухню, за корзиной заготовленных гостинцев в дорогу. А я осталась в комнате. Попрощаться со своим детством. Сегодня меня увезет экипаж в неизвестность. А четыре года спустя я должна буду вернуться воспитанной, образованной леди. Вздохнула и подошла к небольшому зеркалу, всматриваясь в свое заплаканное отражение. Большие глаза смотрели на мир сквозь густую шоколадную патоку обиды. Маленький ровный нос покраснел на кончике. Огорченно опущенные уголки распухших от рыданий губ. Болезненная бледность. И только волосы горели нестерпимо радостными золотыми волнами, вокруг этого унылого лица. Мне показалось, что эта жизнерадостность на голове совершенно неуместна сейчас, ведь я почти в трауре по мечте. Я бросила взгляд на небрежно выброшенный матушкой кинжал, что призывно сверкал на прикроватном столике, словно сам просясь в руки. Сжала кулак, борясь с порывом. Но вдруг решительно взяла оружие с обоюдоострым лезвием и не думая – не мешкая, натянула первую прядь волос, приставила острие, максимально близко к голове, резко оттянула руку, наблюдая, как на пол золотым водопадом опадает россыпь золота. И снова – оттянуть прядь, резануть. Опять. И еще. Пока на голове не осталось нелепая копна волос, торчащая во все стороны, неровными огрызками.

Я равнодушно рассмотрела деяние рук своих и накинула капюшон плаща, не желая шокировать родителей.