Читаем Неожиданный шанс полностью

Одновременно вслед им отправилась лодка с пятью бойцами – как загонщики. Мотор на лодке не запускался – шли на веслах, далеко не отпуская беглецов. Через два часа операция завершилась. В устье Молодки преследующая лодка запустила двигатель и стала быстро настигать беглецов, вызвав у них панику. Они попытались отстреливаться из луков, но установленный впереди сидящим бойцом щит из легированной стали был непробиваем для стрел. А понять, что можно резко изменить ситуацию, стреляя по резиновым бортам, они не смогли. Или не успели. Навстречу им из-за поворота, взревев двигателем, выскочила вторая моторная лодка, с которой по ушам остолбеневших от неожиданности людей резанул усиленный мегафоном крик: «Всем лежать! Работает ОМОН!»

Команду беглецы не выполнили, да и наверняка ее не поняли, но сопротивляться не смогли, и через секунды были растащены по лодкам, упакованы, и моторные лодки рванули вверх по Молодке. На базу.

Через несколько часов к нему с докладом пришел Никодимов.

– Ну, что сказать, князь? У меня появляются предположения, что с разведкой и тем более контрразведкой в нашем княжестве все сложится!

– Ну-ну, порадуй!

– В общем, детский сад – штаны на лямках! Во-первых, это литовцы. Так определили наши спецы по древностям и языкам. Кстати, нас они не понимают, а вот Чтибора – разумеют. Хотя он их с пятого на десятое. Тем не менее эти трое охотники племени голядь, род Бобра. Разобраться, где они живут, не представляется возможным, потому что карты они не понимают, а их названия рек не соответствуют славянским. Но в целом наш анклав краем касается их охотничьих угодий.

Второе – заметили они нас сразу, как мы начали работать над каналом Улица-Молодка. Очень хвастались, что охотники их рода всегда знали, где находятся наши охотники. Это они так наши секреты и патрульные группы называют. Вот почему я их детским садом обозвал! Абсолютно детская непосредственность и неумение врать.

Я их чуть поддел, тем, что все же наши «охотники» поймали их – великих охотников. Значит, наши более великие! На что они ответили, что мы смогли их поймать только с помощью большого колдунства – наши лодки рычат и им не нужны весла. Однако если бы на их месте были бы их старшие охотники, они непременно бы ушли.

Третье – даже Чтибор назвал их дикарями. Князей у них нет. Живут родами. Роды управляются старейшинами. Количественный состав данного рода Бобра нам неизвестен – пленные не знают счета. «Много!» – единственное обозначение количества, понятое нами.

Оружие – ножи из дрянного железа, примитивные луки и стрелы с бронзовыми наконечниками. Причем охотничьими. Не боевыми.

В целом опасности для нас не представляют. Отсюда вопрос – что с ними делать? Отпустить или как?

– Что делать, что делать? Думать! Думать, какую пользу можно из этого всего извлечь. Все ж мы не настолько просты – детский сад уже закончили, и пора начинать жить тут по-взрослому.

Через сутки охотников вывезли за канал, вернули им луки, стрелы и ножи, снабдили мясом на неделю пути. В последний момент из-за ближайшего леса показалась группа конных воинов. Первым на высоком коне, укрытом попоной, ехал воин в блестящем панцире с развевающимся за плечами пурпурным плащом. Слева и справа от него скакали два таких же латника. Остальная свита была одета попроще.

«Князь!» – произнес один из провожавших, и все, кроме литвинов, склонили головы в знак приветствия. Охотники же во все глаза смотрели на чудо невиданное – человека, полностью закрытого железом.

Всадники остановились перед охотниками, нависая тяжестью брони над ними. Тот, который был в пурпурном плаще, откинул прозрачное забрало.

– Вы знаете, кто я? – обратился он к охотникам из рода Бобра.

Охотники переглянулись, но никто из них не осмелился ответить. Слишком страшно и величественно смотрелись эти воины.

– Я – князь Вяземский! Сергей сын Владимира! Если вы увидите вот такой стяг, – и он указал рукой в латной рукавице на колыхавшийся от ветра алый стяг над ним, – то знайте: это мои воины! Не нужно ни со мной, ни с ними воевать. В знак своей доброй воли и на память об этом дне я дарю вам эти ножи.

Один из сопровождавших его воинов соскочил с лошади и передал всем троим ножи в чехлах из темной кожи.

Все трое, как по команде, вытащили их из чехлов, чтобы взглянуть. И ошеломленно выдохнули. Еще бы! Они практически были первыми аборигенами, увидевшими изделия из нержавейки.

– Передайте старейшинам, я скоро приеду в гости к вам. Надеюсь на гостеприимный прием. Иначе! – князь и все всадники одновременно обнажили клинки своих мечей. – Иначе мы напоим свои мечи кровью тех, кто не захочет жить с нами в мире. Прощайте! И не забудьте того, что я вам сказал.

Князь и следом за ним вся его свита повернули коней и поскакали прочь.

– Ну как, Чтибор? По-твоему, получилось произвести на них впечатление? – обратился князь к левому спутнику.

– Уверен, князь!

– М-да, и с плащом ты угадал, – откидывая прозрачное забрало, присоединился к разговору Никодимов.