Через две недели площадка под промзону была освобождена от леса, заложены основные коммуникации под жилой городок, установлены и подготовлены к работе три мощных дизель-генератора. Лесорубы начали рубить просеки под дороги – одна бригада работала в направлении будущего города, другая в сторону песчаного карьера и будущих шлюзов между Улицким озером и речкой Молодкой. Подрядчики начали заливать фундаменты будущих заводов, топливных танков и хранилищ. Нанятая бригада начала бурить скважины для обеспечения промзоны и поселка водой. Следующей их задачей было бурение до пласта соленой воды.

Через два месяца пенсионеры из числа сомневающихся отписали свое имущество на детей и внуков и, простившись с ними, подписали договоры уже с Фомичевым. Они получили то, что дороже любых денег.

Глава 5

– Вот так прошли первые полгода. А вот так, – Фомичев обвел рукой стоящие вокруг ангары, цеха, снующие машины и людей, – последние. Оружие и технику – боевую технику – я начал завозить в этом месяце. Как смог достать? Все как обычно – кому-то нужны были деньги, кому-то карьера и так далее. Я надеялся, что успею. Пока информация дойдет до вас, пока бюрократическая машина провернется. И у меня получилось! Себя могу поздравить с этим, а вам пособолезновать. Я сюда попал по своему желанию и подготовился к этому, а вы – по служебному долгу и вот так, как есть. Поэтому вам сейчас нужно все обдумать, посовещаться, решить и завтра ответить мне – как вы собираетесь провести ближайшие тридцать лет.

Фомичев допил пиво и, поставив пустую кружку на стол, добавил для начальника своей службы безопасности:

– Викторыч! Подыщи товарищам модуль для ночевки. И… всем до завтра!

После чего ушел, оставив допивавших в молчании третью бутылку водки фээсбэшников.

У него впереди была ежевечерняя планерка с руководителями основных направлений, на которой подводились итоги дня и ставились задачи на завтрашний день.

– И куда пойти? Домой или к Лизе? – задумчиво пробормотал он, хотя ответ был известен. Лиза появилась в его жизни недели три назад. Был такой же вечер. Точно так же он стоял посредине этой большой стройплощадки под осенним ночным небом. Стройка примолкла, не было обычной дневной суеты и рева моторов десятков механизмов и машин. Однако на стенах построек все так же отражались всполохи электросварки, где-то перекрикивались стропальщики и крановщик. Объекты, которые возможно было строить ночью – продолжали строиться. Этим и отличался сегодняшний вечер от того, памятного. Сейчас стояла тишина: все что смогли и успели – сделали. А тогда, уже идя в свой модуль, он заметил свет в административном здании химзавода. И любопытство потянуло его туда – узнать, что там происходит. Или просто свет забыли выключить?

Подойдя к приоткрытой двери, из-за которой в темный коридор пробивалась полоска света, он заглянул в помещение. И увидел красивую попу, туго обтянутую узкой и короткой юбкой, к тому же задранной сейчас так, что понятно было, что ее владелица предпочитает чулки с поясом распространенным колготкам. Барышня что-то пыталась достать из-под стола и явно не рассчитывала на то, что ее кто-то может увидеть. Обычное дело! Так отреагировал на картину мозг, перешагнувший пятидесятилетний рубеж, удовлетворившийся смакованием подробностей сцены. Однако с ним не согласился спинной мозг двадцатипятилетнего мужчины, выбросив в кровь адреналин. Барышня, услышав шаги, поднялась с пола, одергивая юбку и краснея от понимания, как она только что выглядела со стороны. Одновременно пытливо всматриваясь в лицо Фомичева.

Как он вошел в кабинет, говорил ли он что-либо – Фомичев не помнил.

«Лизавета Петровна Полонская. 57 лет. Одинокая. Талантливый химик с крайне неуживчивым характером. Последний работодатель воспользовался плодами ее разработок и уволил, фактически разорив ее. Жила в однокомнатной хрущевке на окраине одного из сибирских городов», – всплыла в его памяти информация из досье. Он сам давал задание на ее вербовку.

Но сейчас его глаза видели молодую симпатичную, миниатюрную сероглазую девушку, с той неброской красотой, которую мужчины начинают ценить с опытом жизни. А дальше… как это случилось? Спинной мозг, управляя молодым телом, победил разум пятидесятилетнего головного. Кто сделал первый шаг? Он? Или она? Со стола полетели какие-то книги, журналы, ручки и… задранная до пояса юбка, сдвинутые трусики, расстегнутая кофточка и столь удобный лифчик с застежкой впереди. Сколько это длилось, он не помнил. Однако у них хватило ума все же сделать паузу после первого раза, чтобы минимально привести свой внешний вид в порядок и бегом, под покровом ночи, умчаться в модуль Фомичева. Причем Сергей Владимирович фактически тащил на себе Лизавету Петровну, потому как она не успевала перебирать ногами в туфлях на высоком каблуке. Наверно, со стороны это смотрелось, как будто маньяк тащит жертву в свое логово. Только вот жертва почему-то не сопротивляется, а наоборот – старается изо всех сил приблизить минуты страшного насилия. И, несомненно, возник бы вопрос – а кто тут насильник?