Читаем Неоновые росчерки полностью

Корф на бегу обернулась, чтобы убедится, что ей показалось. В своих импровизированных «берушах» она почти ничего не слышала. Но, к её разочарованию, девушка увидела, как автомобиль убийцы с флейтой отъезжает от дома Полунина.

Анжелика со слезной паникой в голосе выругалась и ринулась в лес. Бежать с автомобилем на перегонки она собиралась.

В отчаянном желании спастись девушка бежала в глубь леса. То и дело она глядела в сторону света автомобильных фар. Убийца приближался, он был совсем рядом. Лучи света от его автомобиля, подобно проворным щупальцам скользили между черных стволов деревьев, выискивая Анжелику. Свет фар жаждал дотянуться до неё, обнаружить Анжелику, поймать её…

Девушка, выбрав сугробы повыше, упала в снег и, глядя в торчащий из снега корень близ стоящего дерева, в страхе замерла. Она не могла ничего слышать, ей оставалось только ждать и надеяться, что убийца пройдёт мимо.

Анжелика мысленно отмеряла секунды и не двигалась, не смела шевельнуться. Она не могла ничего видеть из-за сугробов и деревьев. Но она откуда-то знала и явственно чувствовала: он здесь, рядом. Рыщет в округе, ищет и жаждет найти её.

Корф тихо, бесшумно заплакала. Она не могла выносить терзавший её ужас. Ей хотелось оказаться дома, в тепле, в теплой ванне или постели, с чашкой смородинного чая и чем-нибудь сладким. Хотелось оказаться, как можно дальше от этого подонка с флейтой.

Истерия ужаса от уверенности, что её вот-вот обнаружат становилась невыносимой. Корф хотелось бежать. Хотелось подорваться и изо всех сил рвануть прочь, к деревне, за помощью, чтобы ей помогли… чтобы её защитили от этого неизвестного подонка с флейтой!

Все её мысли, в эти мгновения, были подвержены желанию спастись.

— «Уходи, уходи, уходи» — содрогаясь от холода и страха, мысленно твердила Анжелика.

Она не знала, что ей делать. Она не могла ничего слышать и боялась открывать уши. Корфа не смела пошевелиться, и понятия не имела, что делает убийца в черном плаще.

Сколько прошло времени? Уехал он или рыскает в округе?

Анжелику вдруг обожгло и парализовала кошмарной мыслью о том, что она совсем забыла о следах в снегу. Следах её ног, которые достаточно глубокие покровы снега отлично сохранили.

Корф с трудом поборола маниакальное и неудержимое желание бежать.

Она заставила себя успокоиться. С усилием, ругая себя за панику и опрометчивые мысли. Это её точно погубит.

Она мысленно считала… По её подсчетам прошло не менее десяти минут. Холод от снега, на котором она лежала, уже давно просочился через её одежду. Он проник под кожу и сейчас разливался в её теле, медленно поглощая жизненное тепло девушки. Анжелика выждала ещё несколько мгновений и поднялась.

Скованное ледяным морозом тело слушалось плохо. Ноги поразила пугающая вялость, в икрах и пятках ощущалось нарастающее покалывание. Анжелика прошла несколько метров и присела за толстым дубом.

Тяжело дыша девушка огляделась по сторонам. Ни флейтиста, ни его машины не было.

Анжелика нервно сглотнула и ринулась в сторону огней деревни. У неё мелькнула мысль, что он мог ждать её там, потому что больше идти ей не куда, но с другой стороны она могла вернутся назад.

И он не мог знать, какое решение примет Анжелика. Найти спасение в деревни или вернутся к дому Полунина и, например, с помощью полицейской рации позвать на помощь.

Флейтист не мог знать, что предпримет Корф, какой она выберет вариант. Но и девушка терялась в догадках, где он может её поджидать.

Но поразмыслив, Анжелика, уже дрожа от холода, со стучащими друг о друга зубами, направилась к деревне.

Во-первых, там все-таки люди… Много людей. И если даже этот убийца ошивается возле деревни у Анжелики будет возможность позвать на помощь. А вот в глуши леса, где находиться дом Полунина, кричать и звать на помощь без толку.

Анжелика, отчаянно пытаясь согреться, доковыляла примерно через двадцать-тридцать минут. Жвачку из ушей она вынула, но держала в кулаках, на случай, если флейтист окажется рядом.

Подходя к деревне, Анжелика обратила внимание, что со стороны деревенских дворов не доносится ни звука.

Нет, Корф не ожидала хора людского смеха, громкой музыки или огромного количества проезжающих автомобилей. На улице дикий холод и потом, уже поздняя ночь.

Но хотя бы собаки, по мнению Корф, должны были лаять, несмотря ни на что. Какие-то отдаленные звуки, присущие всем населенным пунктам, должны были звучать даже холодной мартовской ночью.

Но ничего… Тишина…

И чем ближе, Анжелика приближалась к деревне тем заметнее и ощутимее становилось зловещее безмолвие.

Она слышала, как ветер шептал и выл между деревьев. Слышала, как он раскачивал сухо потрескивающие ветки деревьев.

Спотыкаясь и затравленно оглядываясь девушка ковыляла по снежным бороздам на деревенской дороге.

В первом доме, который она увидела вблизи была настежь открыта калитка ворот и двери. Из окон на снег падали искаженные прямоугольники желто-рыжего света.

От распахнутой калитки к дороге, по снегу, тянулись несколько цепочек следов от обуви. Они терялись в беспорядочной снежной каше за воротами.