Лена слышала, как он окликнул Наталью, потом какое-то время, чертыхаясь, заводил машину, и они уехали.

Она с трудом добралась до дома, поднялась к себе в спальню. Заметив ее жалкий вид, Верка приняла на себя хлопоты по выпроваживанию гостей и, когда поднялась к подруге, чтобы попрощаться с ней, увидела, что она уже спит. Горестная складка в углах ее губ и горечь в глазах Германа, забывшего дождаться сестру, сказали о многом.

Ее дорогой братишка и не менее дорогая подружка так ни о чем и не договорились. Покачав головой, она выключила свет и тихо закрыла дверь за собой.

В доме напротив Эльвира Андреевна пыталась читать какую-то книгу. Время шло, но она так и не перелистнула ни одной страницы. Беспокойно вглядываясь в ночную темноту, она ловила каждый шум, каждый шорох. Подвыпивший сын отправился отвозить на машине Наталью. К ее радости, это было тут же, в поселке, иначе смазливую девчонку пришлось бы оставлять ночевать в доме.

Мать видела, что девица без ума от ее сына, и вполне допускала, что Наташа готова лечь с ним в постель, не задумываясь о последствиях. Поднявшись, она вылила остывший чай в раковину. Пятно света мазнуло по стенам. Флинт, лежащий у входа, вскочил и яростно заскребся в дверь.

— Слава богу. — Эльвира Андреевна заспешила навстречу сыну. — Я уж думала, как бы чего не случилось!

— Что может со мной случиться? Пост ГАИ я обогнул стороной. Наталью благополучно доставил прямо в объятия родственников. И стою перед тобой как лист перед травой!

Эльвира Андреевна скептически оглядела его, пальцем стерла помаду со щеки.

— Платком ты так и не научился пользоваться.

— Мамуля, — он ласково потрепал ее по щеке, — это же следы женской признательности, а они всегда должны присутствовать на теле мужчины.

— Матери бы постеснялся. — Она притворно сердито шлепнула его по спине. — Тебе же не двадцать, и за своей репутацией надо следить. Связался с девчонкой, она принародно на тебя вешается. Какие теперь разговоры по поселку пойдут?

Сын скинул пиджак, повесил на шею полотенце и, остановившись у дверей ванной, внимательно посмотрел на мать:

— А если я женюсь на ней, как ты думаешь, разговоры сразу прекратятся?

— Как женишься? — Женщина, прижав руку к сердцу, тяжело опустилась на стул.

Алексей, заметив изменившееся лицо матери, сел рядом, погладил по руке:

— Мама, успокойся, прошу тебя!

— Какой же тут покой? Думала, отдохну на свежем воздухе от города, от сутолоки институтской.

Так нет же, дорогой сыночек одну за другой задачки подкидывает!

Алексей обескураженно пожал плечами:

— Я так понимаю, Наталья тебе чем-то не нравится? Хотя это уже аксиома: невозможно такую жену найти, чтобы матери она всем нравилась. Ну чем тебе Наташа плоха? Здорова, в меру упитанна, нарожает тебе внуков ровно столько, сколько закажешь!

— Алеша, побойся бога, она же совсем девчонка, сопливая, бестолковая девчонка! Да и любишь ли ты ее?

— Мама, и за сутки можно или полюбить навек, или возненавидеть. А что касается любви, то в моем возрасте ищут не любовь, а достойную мать будущим детям. Наталья красива, умна, энергична, думаю, воспитает моих пацанов самым лучшим образом.

— Ты действительно уверен, что это лучший вариант, сын? — тихо спросила Эльвира Андреевна.

— У тебя есть другие предложения? — Алексей задержался на пороге ванной. — Да; кстати, я все-таки беру твою любимую соседку на прииск, но только из уважения к ее отцу. — Взглядом он остановил открывшую было рот мать. — И больше никаких вопросов. Сегодня я собираюсь лечь пораньше.

— Скажи мне только, ты Наталье уже сделал предложение? — спросила Эльвира Андреевна сквозь закрытую дверь.

— Вернусь из тайги — все вопросы решу.

Мать радостно потерла ладони: кажется, еще не все потеряно, и ситуация разворачивается хоть и не очень гладко, но пока в нужном направлении.

Глава 15

События следующего дня чуть было не перечеркнули их планы. Утром Лена не стала будить отца, а отправилась на пробежку в компании Рогдая. Перед этим она еще раз проверила свое и отцовское снаряжение, подложила кое-что из продуктов.

На подходе к озеру она почувствовала странно знакомый, но давно забытый запах. На загривке у Рогдая дыбом встала шерсть. Ощерив мощные клыки, он глухо заворчал и, присев на задние лапы, загородил хозяйке дорогу.

— Вперед, псина, вперед! — Лена увеличила скорость, но Рогдай опередил ее, скрылся за пригорком и тут же звонко, с остервенением залаял.