— Да, вернулся он уже совсем другим человеком, — Израэл поежился, — а как его осудишь, ведь совсем юнцом, не побоявшись, бросил обвинение в лицо своей матери и ее любовнику. Бросил обвинение и сбежал, пообещав вернуться и отомстить. Сбежал в чем был, без денег, без оружия. Я-то знаю, графиня просила за него, просила пощадить сына, но Рикард все равно послал убийц по следу племянника.

— Правда, — Израэл покачал головой, — через месяц Рикарду прислали деревянный ящик, а в нем головы всех троих его посланцев. Вот тогда он уже понял, какую ошибку совершил, позволив Вийону сбежать.

Горячее дыхание лошади отвлекло Израэла от воспоминаний, и он поднял голову на подъехавшего всадника. С седла на него смотрел тревожный взгляд капитана графской конницы Винтара.

— Что думаешь, выживет граф?

Старый лекарь вновь уклончиво пожал плечами.

— Все в руках Великой богини.

Винтар нагнулся и вцепился колючим взглядом в лицо Израэла.

— Ты понимаешь хоть, что сейчас начнется, если он умрет. Наследника-то нет. Соседи начнут рвать графство на части, — лицо капитана закаменело, — а нам что делать? Давиго что, он здесь чужак, наемник. Собрал манатки и свалил со своей бандой туда, где больше платят.

Он безнадежно махнул рукой и выпрямился в седле. На его лице отразилась искренняя боль.

— А нам что делать?

В этом вскрике души матерого вояки Израэл ощутил весь ужас грядущей катастрофы. Вместе с гибелью графа на их земли опускалась мрачная пелена междоусобицы, грабежей и пожаров, но что он может сделать? Он, маленький человек и возможности его крохотны. Срастить простой перелом, почистить и зашить рану, принять роды, вот и весь набор. Такую рану как у графа человеческими силами не излечить, тут поможет разве что вмешательство Великой богини.

Израэл понурил голову, стараясь не смотреть на возвышающегося над ним всадника. Ответить ему было нечего.

Несколько минут он шагал так, вслед за повозкой, но все-таки не утерпел и бросил взгляд вперед, в спину того, кого только что упомянул капитан. Давиго. Этого человека старый лекарь боялся, пожалуй, даже больше чем графа. Он воплощал в себе все, что поселилось в стенах замка с возвращением Вийона. Беспощадную жестокость, мстительность и коварство. Говорят, когда-то отряд наемников встретил бредущего в никуда юношу, и его командир, выслушав рассказ бродяги, проникся к нему симпатией. Так Вийон стал наемником по контракту, он получил тогда то, что ему нужно было больше всего — силу, но вместе с ней в его юную душу, разрываемую жаждой мести, впиталось и все остальное, чем охотно поделился с ним Давиго.

Глава 11

Луиза очнулась в одно мгновение, голубые глаза распахнулись, и в первый момент она испытала счастье. Радостную эйфорию возвращения к жизни, но вслед за вернувшимся сознанием пришла боль и память. Пальцы до судороги вонзились в медвежью шкуру.

Вот зачем богиня вернула меня! — Осознание ожгло ее разум. — Я должна отомстить. Я должна убить эту сволочь, разрушившую мою жизнь, должна очистить землю от нечисти, попирающей человеческие и божьи законы!

Волной прокатились воспоминания, рисуя картины горящего замка, гибнущих людей, и она не смогла сдержать стона, вспомнив весь кошмар того, что с ней сотворили.

Луиза приподнялась и села, спустив ноги с кровати. Резанула острая боль внизу живота, но девушка только сильнее стиснула зубы. Что боль, тело всего лишь бренная оболочка, а она сейчас чувствовала себя орудием провидения, острым наконечником копья в руке Великой богини.

Как я это сделаю? — Голова напряглась в мучительном раздумье, а взгляд вдруг уперся в блюдо с нарезанным хлебом и холодной говядиной.

На краю серебряной тарелки лежал большой кухонный нож с широкой деревянной ручкой.

Это знак, — Луиза соскочила с кровати и подошла к столу, — или чудовищная оплошность моих тюремщиков?

Она подняла нож. Рукоять легла в ладонь как влитая. Указательный палец провел по лезвию и тут же отскочил, окрасившись кровью.

— Острый! — Девушка сунула окровавленный палец в рот и на мгновение замерла.

Нет, это не просто халатность надсмотрщиков, это знак Великой богини. Она говорит мне, бери нож и иди. Не думай ни о чем, не спрашивай как это сделать, просто иди и убей его. Она сама покажет мне путь и откроет все двери.

Луиза оглянулась на дверь.

Сейчас проверим, — зажав рукоять и спрятав лезвие в длинном широком рукаве рубахи, она шагнула к выходу.

Дверь поддалась легко без нажима, стоило лишь потянуть на себя бронзовую ручку. Теперь девушка уже не сомневалась, она лишь орудие в руках Великой богини.

Маленькие босые стопы шагали по холодным каменным плитам, но Луиза не чувствовала холода, даже боль в животе отступила перед чудовищным напряжением, охватившим все тело. Прислушиваясь к каждому шороху, она осторожно двигалась по коридорам, подчиняясь лишь внутреннему зову.