Читаем Ненавидеть, гнать, терпеть полностью

Когда лечение закончилось, волосы снова выросли, но они были уже другими. Изменился и оттенок, и текстура. Ей сказали, что это нормально – такое часто бывает, сбился гормональный фон. Она не считала, что это проблема, забыла даже о тех кудряшках… Теперь вот вспомнила.

Вероника не удивилась тому, что он не узнал ее. Другие волосы, другой цвет кожи, другие черты лица, измененные взрослением и сброшенным из-за болезни весом, совсем другой взгляд, которого у Марии быть не могло. Она не могла остаться прежней, воскреснув из мертвых.

Она не стала говорить ему правду. В первую очередь не хотела устраивать из этого шоу. Теперь Вероника понимала, почему только ей подсунули тест специально, тогда как остальные натыкались на него случайно. Должно быть, к тому моменту Север уже участвовал в проекте, обнаружилась их связь – отследить ее было несложно, если заняться этим профессионально.

Организаторы шоу хотели бурного открытия тайны и примирения. Вероника не собиралась их так радовать. Она не желала превращать главное счастье и главное горе своей жизни в чье-то развлечение.

К тому же она не была уверена, что готова к этому. Она любила, да, но уже приспособилась любить на расстоянии. Она сомневалась, что спустя все эти годы Север остался тем же мальчишкой, которого она любила, и что она сможет полюбить так же его нового.

Вместе с тем Вероника не могла избавиться от ощущения, что по-прежнему понимает его. Это всегда давалось ей просто, такие вещи она даже не считала преимуществом. Она и в юности не шантажировала его этим «тайным знанием», а просто любила.

Понять его несложно на самом-то деле. Он эмоциональней, чем многие люди, если чувствует, то всегда на разрыв. Жизнь его побила и усмирила за эти годы, но полностью не уничтожила. И когда Вероника была рядом с ним, она легко угадывала, что он скажет и что сделает.

Может, у нее просто не хватило смелости признаться? Этот вариант она тоже не исключала. Ведь как он мог разочаровать ее, так и наоборот, она могла оказаться хуже, чем девушка с его картин. Пусть у него будет хотя бы образ Марии, что-то светлое, идеал… Она ведь тоже другая теперь.

Если будущее разрушит эти воспоминания, зачем оно вообще?

Вместе с тем она видела, что притяжение еще есть. Не только с ее стороны, Север тоже почувствовал! Потому и злился. Он всегда злится, когда ему страшно, больно или непонятно. Причем если она хотя бы знала правду, то он запутался, и ему было сложнее. Из его памяти на волю рвался призрак. Он не узнал ее, а даже если бы узнал, не поверил бы себе.

Получается, окончательное решение зависело от нее. Очень просто собрать вещички и рвануть в Америку, за много тысяч километров отсюда. Но будет ли это правильно? Точно ли это то, чего хочет судьба?

– Маша, завтрак остывает! – напомнила о себе мама.

– Иду! И я Вероника.

– В жизни Вероникой не будешь!

«Маша» ей вообще никогда не нравилось. А вот «Мария» – другое дело.

Был все-таки способ понять, чего хочет судьба. Если она не случайно свела их, сведет и снова, и опять в той обстановке, где они вынуждены будут остаться вместе. Жизнь научила ее верить в мистику.

Поэтому для себя Вероника уже решила, что, если Тронов снова пригласит ее в свой проект, она обязательно согласится.

Алиса изогнулась перед зеркалом, пытаясь разглядеть синяк на спине. Строго говоря, он уже и синяком-то не был, перешел в светлый желтый цвет. Но все еще можно было распознать впечатляющий размер пятна.

– Как думаешь, это не смертельно? – фыркнула она.

Алисе это казалось забавным. Все ведь завершилось хорошо, чего грустить? Но Дамир ее мнение не разделял, он бросил на нее укоризненный взгляд:

– Прекрати уже.

– Что? Я леопард!

– Сказал бы я, кто ты, да скандал будет…

Без скандала как раз обошлось. Учитывая его беспокойство, Алиса ожидала целой лекции о безопасности, щедро приправленной упреками. Но нет, когда они наконец встретились, им обоим было не до выяснения отношений.

Было непривычно и приятно искать родное лицо в толпе людей, встречавших самолет. Она увидела его быстро, почти сразу, рванулась к нему, распугивая ленивую толпу. Прижалась, поцеловала, не обращая внимания на то, что там еще и цветы в деле должны были участвовать, а они выпали у него из рук на пол. Да он сам чуть следом не полетел, он лишь чудом удержал равновесие, прижимая к себе Алису.

Она думала, что дома, когда они останутся одни, примирение будет еще более бурным, но просчиталась. Точнее, без этого не обошлось. Но сначала Дамир полностью осмотрел ее, чтобы убедиться, что серьезных травм она не получила, хотя Алиса уже была в китайской больнице и там ее состояние ни у кого вопросов не вызвало. Однако его убедить не так просто, ему самому видеть надо!

Он еще пару дней носился с ней, как с хрустальной, теперь вот вроде успокоился. Но ее шутки о синяках все равно смешными не находил.

– Надеюсь, теперь ты угомонишься? – спросил Дамир.

– В смысле?

– Тронов и компания, похоже, опять довольны. У них все идет по плану.

– Ну и здорово! А я опять победила.

– Поздравляю. Удержит ли тебя это от дальнейшего участия в проектах?

– Нет.