Ланфен планировала дать себе отдых хотя бы до вечера, но внешний мир напомнил о себе раньше. Зазвонил городской телефон отеля, которым она обычно не пользовалась. Помня о том, сколько ее подопечных сейчас на улицах, трубку она все же сняла.

– Алло?

– Лю, подходите ко мне в номер! – требовательно заявил Михаил Миронов.

С ним Ланфен общалась мало и строго по делу. Миронов был типичной канцелярской крысой, которой на подобном задании было некомфортно и даже страшно. Он почти никогда не выходил из номера, потому что катастрофически боялся этой страны, все встречи проводил только на своей территории. С участниками он не общался и давно бы уехал, если бы не страх прогневать босса. Ланфен считала его присутствие здесь совершенно бесполезным.

Они не договаривались о встрече, и его приказной тон сейчас напрягал. Ланфен, как правило, избегала споров с ним просто потому, что они продлевали неприятное общение с этим типом. Однако сегодня нежелание беседовать с ним достигло предела.

– Это может подождать?

– Нет! Если бы не было дел, я бы не звонил.

– Что такого уже случилось?

– Приходите срочно! – взвизгнул он. – Тут форсмажорные обстоятельства!

Он никогда не отличался терпением, а сегодня вел себя особенно истерично. Похоже, и на него давил накапливающийся стресс. Если и предыдущие этапы были такими выматывающими, понятно, почему ассистент Тронова, Степан, отказался снова участвовать в этом!

– Хорошо, я сейчас подойду к вам.

– Быстрее…

Последнее слово прозвучало как-то особенно жалко, но Ланфен не придала этому большого значения.

Она поспешно умылась, чтобы скрыть следы недавней слабости, и отправилась на встречу. Миронов жил этажом ниже, но в таком маленьком отеле все номера располагались близко друг к другу. Он знал, что она придет быстро, потому, видно, и оставил дверь приоткрытой.

– Михаил, что вы хотел… – начала она, заходя, но осеклась.

Миронов все еще находился там, возле телефона, с которого звонил ей. Но он был мертв.

Верхняя половина его тела лежала на тумбочке, нижняя опускалась на пол. Где стоял, когда звонил, там и упал. Лужа крови вокруг него была нереально огромной, зеркально темной, Ланфен даже не представляла, что так бывает. Наверно, пройдет немного времени, и эта лужа проявится алым пятном на потолке нижнего этажа.

Его белая рубашка почти полностью стала багровой, прилипла к телу, и сквозь нее легко просматривались раны. Три больших разрыва вдоль позвоночника и перерезанное горло. Поэтому он не кричал, поэтому тут столько крови.

Поэтому в его голосе был страх, который Ланфен приняла за истеричность. Миронов боялся, потому что в его номере уже был кто-то посторонний. Михаил и не думал защищать Ланфен, он верил, что, если вызовет ее, выполнит данное ему задание, его не тронут. Он был слишком труслив, чтобы всерьез поверить в свою смерть, и слишком эгоистичен, чтобы хотя бы намеком предупредить Ланфен. Ему просто хотелось, чтобы все закончилось быстро и благополучно – для него.

Если ему повезло, он даже не успел сообразить, что умирает. Хотя, судя по судорожно сведенным пальцам, успел…

Ланфен уже знала, что это ловушка, понимала, что нужно бежать, однако не могла оторваться от кровавого зрелища, завороженная и парализованная им. В себя ее привело лишь движение за спиной. Она хотела обернуться, но не успела – удар, обрушившийся на ее голову, отнял у нее такую возможность.

«Максим…» – промелькнуло в угасающем сознании.

Глава 10. Далекий шум воды

– Ну как она? – с опаской спросила Алиса.

Она была уверена, что Сандра умрет… Точнее, уже мертва – после падения с такой высоты! Но Сандра застонала, и стало ясно, что еще не все потеряно. При этом она была без сознания, и касаться ее было страшно, Алиса ни за что не решилась бы.

За это взялась Вероника. Среди тех бесконечных знаний, которыми она обладала, были и курсы первой помощи. Судя по легкой дрожи в руках, ей тоже было не по себе, но отступать она отказывалась.

– Я, конечно, не медик, но ее состояние не критическое. У нее сломаны обе ноги, много переломов на руках. Думаю, повреждены легкие, потому что дышит она хрипло. Но, судя по тому, как она дергается, позвоночник уцелел. А голова… Внешних повреждений черепа я не вижу, но без сотрясения мозга точно не обошлось.

– И что нам теперь делать? – Алиса посмотрела на край спуска, отсюда казавшийся недостижимым. – Мы сможем залезть туда?

– Нет. Даже я одна не смогу – мне ни навыков, ни оборудования не хватит. О том, чтобы поднять ее туда, и речи быть не может.

– Тогда у нас два варианта… Сидеть тут и ждать помощи или искать другой выход.

На схеме, которую они видели, никаких других выходов не было. Но ведь пещеры – это почти живое существо! Вряд ли здешние залы были так уж тщательно исследованы, к тому же под действием погоды и времени горная порода меняется, мог появиться хоть какой-то пролом.