Читаем Ненавидеть, гнать, терпеть полностью

– Как это? – удивилась Алиса. – А правила игры?

– Это не противоречит правилам. Компьютер расставил значки в том порядке, в каком Инна создавала их. Думаю, она планировала заранее или уже в пещере раздать гостям набор изображений, которые нужно искать. Но каждое изображение становится указателем только в рамках самой пещеры. Ты видишь ориентир и пытаешься угадать, что он значит. Совершенно не обязательно, что ориентиры связаны между собой, они могут быть полностью или частично самодостаточными.

С ней сложно было не согласиться. Если бы участники проекта получили одну и ту же карту, они бы и по пещере шли друг за другом. В чем тогда суть игры? Нет, организаторам нужно было, чтобы они распределились по залам, чтобы была интрига.

При этом Инна никак не указывала, где хранится ожерелье. Так что можно было предположить, что некоторые знаки она оставила, просто чтобы запутать участников. Ты думаешь, что уже у цели, а в тайнике пустота.

Поэтому искать улики в городе и отеле было бесполезно. По крайней мере, во всем, что касалось ожерелья, ведь к раскрытию убийства Инны они пока и близко не подобрались. Но чтобы вернуть «Сердце Мидаса», – а в этом и заключалось главное задание проекта, – нужно было спускаться вниз.

Наступил хороший момент для этого: погода наладилась, и они благодаря Инне получили первоклассное оборудование. И все-таки Алиса боялась: что, если Белых тоже отправится туда? Что им делать, оказавшись с ним один на один?

Она не позволила этому остановить себя. Дамир требовал, чтобы она сидела в отеле до конца проекта, однако Алиса не могла так поступить. Она бы после такого себя уважать перестала! Вероника, вон, полна решимости, а чем она хуже?

Так что уже утром они вместе отправились к пещерам. Подъехать туда на машине было невозможно, к тому же они так и не обзавелись собственным автомобилем, в отличие от Белых. Пришлось выбирать более сложную дорогу – напрямик через лес.

Все оказалось лучше, чем ожидала Алиса. Даже несмотря на то, что ноги порой увязали в мокрой земле, а за спиной приходилось нести тяжелый рюкзак. И все же вид сонных, покрытых сетью капель деревьев успокаивал. Ей нигде не мерещились тени, не казалось, что Белых следит за ними. Поэтому скоро она расслабилась, наслаждаясь величественной красотой незнакомой природы.

– Шоколадку хочешь? – поинтересовалась Вероника, не сбавляя шаг.

– Внезапно!

– Нет, на самом деле – нет. Я просто с помощью шоколада сбиваю страх, всегда помогает. А после истории с тем мужиком мне все еще не по себе…

Значит, и Вероника боялась, просто она только теперь показала это. Она не пыталась скрыть это от Алисы, скорее, самоконтроль стал для нее привычкой. Но она не позволила страху остановить себя, именно она настояла на спуске в пещеры.

Такие черты были Алисе симпатичны.

– Ладно, давай преломим шоколадку мира!

– А что, мы ссорились? – удивилась Вероника.

– Нет. Просто шоколадок войны не бывает в принципе. Шоколад – это коричневое добро.

– Звучит не очень аппетитно…

– Факт, – призналась Алиса. – У меня в голове эта фраза выглядела более привлекательной. А вообще, я удивлена, что ты так шоколадки восхваляешь, с твоей-то тягой к здоровому образу жизни!

– Почему?

– Просто все мои подруги, сидящие на диете, требуют все шоколадки планеты собрать и сжечь.

– Во-первых, не путай здоровый образ жизни и диету, – посоветовала Вероника. – Диета – это как раз пакость редкая в большинстве случаев. А во-вторых, я даже здорового образа жизни не придерживаюсь целенаправленно. Я просто сохраняю внутреннюю гармонию.

– А есть разница?

– Конечно. Те, кто зациклен на здоровом образе жизни, все время думают о составе продуктов, что полезно, а что нет, а еще они очень любят поговорить и надавать советов другим. А я… мне важно, чтобы уму и телу было хорошо. Я считаю, что любой прием пищи должен быть в радость. Еда – это одно из немногих удовольствий для тела, еще не хватало лишать себя этого из-за каких-то диет!

– По тебе сложно сказать, что ты себя в еде не ограничиваешь. – Алиса окинула выразительным взглядом безупречную фигуру спутницы.

– Нет, если объективно, я ограничиваю, тут разница в подходе. Например, я не использую слово «никогда». Всякие там «никогда не буду есть булочек» – это не обо мне. Мне очень важна мысль, что я могу позволить себе все, что угодно, если захочу. Я не люблю наглухо закрытые двери. Когда я лежала в больнице, питание было очень строгим. И я мечтала о том дне, когда смогу позволить себе все. Это не значит, что потом я стала объедаться – но я ведь могу! И если тело просит шоколад или торт, почему я буду отказывать ему? Другое дело, что я хочу сохранять это тело сильным и здоровым, поэтому и выбираю маленькие порции.

– Вот к такой философской лекции мы пришли благодаря одной шоколадке… Мне нравится.

Алиса не иронизировала, ей действительно нравилось. Чувствовалось, что Вероника рассказывает без снобизма, не потому, что она такая правильная и грамотная. Она всего лишь делилась тем, к чему пришла – и пришла не самым простым путем.