— Если бы только непутевый, — проговорила миссис Глинн. — С ним всегда были одни хлопоты. Раз или два он попадал под суд. За покушение на несовершеннолетнюю... и еще за что-то в этом роде. Конечно, надо считаться с тем, что судьи слишком терпимы к подобного рода преступлениям — они не хотят портить университетскую карьеру молодого человека. И поэтому отпускают этих молодцов... забыла, как оно называется... с отложенным наказанием или чем-то в этом роде. Если бы таких юнцов сразу отправляли в тюрьму, это, может быть, отпугнуло бы других от подобного образа жизни. Кроме того, он воровал. Подделывал чеки, брал чужое. Он был полностью пропащим. Мы дружили с его матерью; так вот, на мой взгляд, ей повезло в том, что она умерла молодой и не увидела, во что превращается ее сын. Мистер Рэфьел, думаю, делал все, что только мог: пытался найти парню подходящую работу, платил за него штрафы и все такое. Однако совершенное сыном убийство стало для него тяжелым ударом, хотя он пытался в какой-то мере изобразить внешнее безразличие и писал о нем как о деле, увы, житейском. Мы, как, должно быть, расскажут вам другие жители деревни, пережили здесь целую серию убийств и насилия. Не только в здешней округе. Они происходили в разных местах, иногда в двадцати, иногда в пятидесяти милях отсюда. Одно или два, по сведениям полиции, произошли почти в сотне миль отсюда. Однако центром более или менее являлись наши окрестности. Но как бы то ни было, Верити однажды отправилась в гости к подруге и не вернулась домой. Мы обратились в полицию, полиция начала искать... Они обшарили всё вокруг, но не нашли даже следа нашей девочки. Мы давали объявления, полисмены давали объявления... они уже было решили, что она убежала с приятелем. Наконец стало известно, что ее видели с Майклом Рэфьелом. Тут и полиция начала повнимательнее присматриваться к Майклу как к подозреваемому в некоторых преступлениях, хотя прямых свидетельств они обнаружить не смогли. Утверждали, что Верити, если судить по одежде и прочим вещам, видели с молодым человеком, похожим на Майкла, в автомобиле, соответствовавшем описанию его машины. Однако других свидетельств не было до тех пор, пока тело ее не обнаружили через шесть месяцев в тридцати милях отсюда, в довольно дикой части леса, в канаве, забросанное камнями и землей. Клотильде пришлось сходить на опознание. Верити удушили, а потом разбили ей лицо. Клотильда так никогда и не оправилась от потрясения. Были определенные приметы, родинка, старый шрам и, конечно же, одежда и содержимое сумочки. Мисс Темпл очень симпатизировала Верити. И перед смертью, должно быть, подумала о ней.

— Простите меня, — сказала мисс Марпл. — Мне действительно очень и очень жаль. Пожалуйста, скажите своей сестре, что я не имела представления об этом. Я ничего не знала.

 Глава 16

ДОЗНАНИЕ

I

Мисс Марпл неторопливо продвигалась по деревенской улице к Рыночной площади, где в старомодном георгианском[16] здании, уже целую сотню лет именовавшемся Гербовой комендатурой, должно было состояться дознание. Она посмотрела на часы. Оставалось еще около двадцати минут до того, как ей надлежало появиться там. Мисс Марпл решила походить по магазинчикам. Она остановилась перед одним из них, торговавшим шерстью и детскими кофточками, и на пару мгновений заглянула внутрь. За прилавком стояла девушка. Молодая мать примеряла шерстяные пальтишки двум детям. За другим прилавком находилась пожилая женщина.

Мисс Марпл переступила порог магазинчика, прошла вдоль прилавка к сиденью напротив немолодой женщины, достала небольшой моточек розовой шерсти и объяснила, что такие вот нитки у нее кончились, а надо заканчивать маленький свитерок.

Необходимую шерстяную нитку скоро сыскали, принесли и образчики другой шерсти, восхитившие мисс Марпл. И вскоре завязался разговор. Начав с сожалений по поводу случившегося несчастья, миссис Меррипит, если ее имя соответствовало тому, которое было написано на вывеске, перешла к значимости недавней трагедии, а также всеобщей невозможности заставить местные власти позаботиться об обеспечении безопасности троп и дорог и соблюдении права членов общества на передвижение.

— Понимаете ли, после дождей вся почва смывается, камни освобождаются и съезжают вниз. Помню, был такой год, когда на нас свалились три камня — и вот вам, три несчастья. Одного мальчишку едва не убило на месте, вот так; в том же году — через шесть месяцев, кажется — камнем мужчине перебило руку; а в третий раз перепало бедной старой миссис Уокер. Слепая она была, да и глуховатая. Никогда ничего не слышала, а иначе, говорят, сумела бы уклониться от глыбы. Кто-то видел, как камень покатился вниз, и крикнул ей, только до нее им было уже не добежать и не дотянуться. Так и погибла.

— О, как это печально, — согласилась мисс Марпл, — как трагично... Подобные события легко не забываются, хочу я сказать.

— Действительно. Надеюсь, что коронер упомянет сегодня об этом случае.