Читаем Немезида полностью

— Не зови человека счастливым, пока он не умер, — пробормотала мисс Марпл, повторив эти слова словно лозунг, каковыми они и были в те дни или, во всяком случае, казались. — Однако, может быть, перед смертью его что-то беспокоило... что-то непривычное, а?

— Нет. Почему вам пришла в голову такая мысль? — явно удивилась Эстер.

— Чисто случайно, — проговорила мисс Марпл. — Я просто удивилась, потому что люди обнаруживают большую склонность к тревогам и волнениям не только, когда стареют, поскольку в действительности мистер Рэфьел еще не был стар... я хочу сказать, что люди становятся особенно беспокойными, когда организм их выходит из строя, когда человек уже не способен жить как прежде — делать что хочешь и легко относиться к жизни. Тогда заботы сами собой входят в твой разум и заставляют чувствовать себя.

— Да, я понимаю, о чем вы говорите, — ответила Эстер. — Но мне кажется, что мистер Рэфьел не принадлежал к людям подобного сорта. Впрочем, — добавила она, — к тому времени я уже оставила свое место у него — это произошло через два или три месяца после того, как я познакомилась с Эдмундом.

— Ах, да. С вашим мужем... Мистер Рэфьел, наверное, был очень расстроен, теряя такого секретаря.

— Ну, я так не думаю, — непринужденно проговорила Эстер. — Подобными вещами уж его-то невозможно было пронять. Наверное, он без промедления нашел себе другую сотрудницу. А если она не понравилась ему, быстро избавился от нее, снабдив приличным выходным пособием, и взял другую — и так до тех пор, пока не нашел ту, что устраивала его. Он всегда был весьма разумным человеком.

— Да-да, понимаю. Впрочем, он довольно легко выходил из себя.

— Ну, мистер Рэфьел наслаждался самим процессом, — заметила Эстер. — Думаю, это привносило в его жизнь драматический элемент.

— Драматический элемент, — задумчиво повторила мисс Марпл. — Как вы думаете — я часто гадала, — как вы думаете, не имел ли мистер Рэфьел особенного интереса к криминологии, то есть к расследованию как таковому? Ой, не знаю, как это сказать...

— Вы думаете так из-за того, что случилось на Карибах? — Голос Эстер вдруг сделался жестким.

Мисс Марпл немедленно усомнилась в том, что ей стоит далее развивать тему, однако выхода не было — следовало продолжить и попытаться выудить хотя бы кроху полезной информации.

— Нет, нет, не поэтому; но, быть может, потом он заинтересовался психологией подобных вещей. Или интересовался теми случаями, когда правосудие не восторжествовало или... ну, не знаю...

С каждым словом она ощущала себя все более неловко.

— Но зачем ему интересоваться такими вещами? И давайте не будем вспоминать о жуткой истории, приключившейся на Сент-Оноре.

— О, нет-нет... конечно, вы совершенно правы. Поймите, мне действительно очень жаль. Просто вспомнились некоторые фразы, которые иногда говорил мистер Рэфьел. Странные фразы, знаете ли, иногда очень странные, и я хотела узнать, не было ли у него каких-то теорий, так сказать... теорий о причинах преступлений?

— Его всегда интересовала лишь финансовая сторона дела, — отрывисто проговорила Эстер. — Его могла бы заинтересовать только воистину тонкая криминальная афера, и ничто другое. — Она смотрела на свою собеседницу все тем же холодным взглядом.

— Простите меня, — виноватым голосом произнесла мисс Марпл. — Я... мне не следовало заговаривать о неприятных для вас вещах, к счастью оставшихся в прошлом. Кроме того, мне пора, — добавила она. — Мне еще нужно успеть на поезд, и времени осталось в обрез... О боже, куда я дела свою сумочку. .. ах да, вот она.

Забирая свою сумку, зонтик и еще несколько мелочей, она суетилась, пока напряженность отчасти не развеялась. Уже выходя из двери, мисс Марпл повернулась к Эстер, все просившей ее остаться и выпить чашку чаю.

— Нет, благодарю вас, моя дорогая. Я уже опаздываю. Мне было очень приятно вновь повидаться с вами, и я приношу вам свои наилучшие поздравления и пожелания самой счастливой жизни. Не думаю, что вы будете теперь искать себе работу, так ведь?

— Ну, некоторым нравится работать. Они говорят, что работа делает их жизнь интереснее. А когда работы нет, им становится скучно. Но я думаю, что предпочту теперь свободную жизнь. Буду радоваться, в том числе и тому наследству, которое оставил мне мистер Рэфьел. С его стороны это было очень любезно, и я думаю, он хотел, чтобы я получила от него удовольствие — даже если потрачу эти деньги, на его взгляд, глупым и женским образом! На дорогие платья, модные прически и все такое... Он считал подобные вещи глупостями. — Она вдруг добавила: — А знаете, я симпатизировала ему. Да, пожалуй, даже любила его, наверное, потому, что этот человек как бы представлял для меня вызов. С ним было трудно ладить, и потому я радовалась, справляясь с этим делом.

— Справляясь и с ним?

— Ну, не настолько, чтобы управлять им, но все-таки больше, чем он замечал.

Мисс Марпл засеменила по отходившей от дома дорожке. Однажды она обернулась и помахала рукой. Оставшаяся в двери Эстер Андерсон приветливо помахала ей вслед.