Читаем Нелегкий день полностью

Полет занял несколько часов, и нам пришлось провести дозаправку в воздухе. В вертолет набилось двадцать человек. Когда он подсоединился к топливозаправочному шлангу с помощью штуцера в носовой части, по кабине быстро распространился запах горючего. Внутри было совершенно темно. Я продремал большую часть полета и проснулся, только когда раздался сигнал готовности.

– Двухминутная готовность, – прокричал командир экипажа, поднял вверх два пальца и включил красный фонарь. Было уже далеко за полночь.

Я занял позицию у двери и взялся за трос. Мне ничего не было слышно, кроме шума винтов. Как и остальные участники группы, я был в костюме химзащиты и увешан всевозможным снаряжением. Сработала «ярмарка хороших идей», как мы называли стремление наших специалистов из службы материально-технического планирования вставить свои пять копеек в любую операцию. Они постоянно подбрасывали все новые соображения и навязывали нам кучу дополнительного оснащения, которое только затрудняло работу. Нам всучили даже быстродействующие пилы, с помощью которых следовало взломать ворота электростанции. Кроме того, мы захватили с собой запас пищи и воды на несколько дней, так как никто не знал, сколько нам придется пробыть на самообеспечении. Вообще-то у «котиков» действует правило: если сомневаешься – выкинь. Ведь чем больше ты тащишь на себе, тем быстрее устанешь и тем медленнее будешь двигаться и реагировать на угрозы.

Когда вертолет замедлил ход и завис над местом высадки, я ухватился обеими руками за трос и прыгнул вниз. Высота была около десяти метров, и я видел, как быстро приближается земля. Конечно, можно было и замедлить скольжение, но, с другой стороны, не хотелось, чтобы кто-то из товарищей, спускавшихся вслед за мной, приземлился мне на голову. Вместе со всем снаряжением я ударился о землю, словно тонна кирпичей, и почувствовал боль в ногах. Подняв винтовку, я побежал к воротам, которые находились от нас в сотне метров.

Поток воздуха от винта прижимал меня к земле. По телу колотили поднятые в воздух мелкие камни, пыль застилала глаза. Я почти не видел ворот. Когда я отбежал от вертолета на некоторое расстояние, воздушный поток начал с такой силой подталкивать меня в спину, что пришлось быстрее перебирать ногами, чтобы не упасть. Я изо всех сил старался удержаться на ногах и сумел затормозить, только уперевшись в ворота.

Подоспели и остальные. Я перекусил кусачками дужку замка и вошел во двор. Главный корпус станции представлял собой унылое двухэтажное бетонное строение в типичном восточноевропейском стиле. Внутрь вела металлическая дверь. Пока товарищи прикрывали меня, я подергал за ручку. Дверь оказалась не запертой.

Не зная, что меня может ожидать внутри, я вошел в здание и очутился в длинном коридоре. В любую секунду по нам могли открыть огонь.

По обе стороны было несколько дверей. Как только мы двинулись вперед, в конце коридора началось какое-то движение. Из одной двери сначала показались чьи-то руки, а затем вышли и сами иракские охранники с поднятыми вверх руками.

Их быстро оттащили в сторону, а я пошел дальше. В комнатах я нашел несколько автоматов АК-47. Патронов в них не было. Было похоже, что охрана спала и проснулась только от грохота вертолета над головой.

Чтобы осмотреть всю электростанцию в поисках взрывчатки, с помощью которой можно было взорвать плотину, нам понадобилось немало времени. Раньше мы никогда не работали в зданиях такого размера, поэтому осмотр занял больше времени, чем планировалось.

Операция прошла без потерь, если не считать одного поляка из группы «Гром», который при приземлении сломал себе лодыжку.

После осмотра главного корпуса ко мне подошел наш взводный:

– Посмотри, что у меня там с рацией. Я никак не могу связаться.

Во время высадки рация была закреплена у него за спиной. Провод от наушников уходил за плечо. Я заглянул ему за спину и обнаружил, что рации нет и в помине. Там болтался только провод.

– Нет здесь никакой рации, – сказал я.

– Что значит нет?

– Пропала.

Похоже было, что он не закрепил рацию как следует. На наших жилетах спереди и сзади через каждый сантиметр пришиты нейлоновые петли, к которым крепится снаряжение. Видимо, командир просто просунул рацию в одну из таких петель, а потоком воздуха от винта ее сорвало и сбросило в реку под плотиной. Радиостанция, лежащая на дне реки, не могла принести нам никакой пользы. Та же беда приключилась и с нашим фельдшером. При высадке он потерял всю упаковку с обезболивающими средствами.

Значительная часть снаряжения, с которым мы отправились на операцию, была для нас новой. Нам продемонстрировали его буквально перед самой командировкой. Вместе с тем общее правило гласит: «Тренируйся так, как будешь воевать». Это значит, что в бой надо отправляться только с привычным оружием и снаряжением. Мы нарушили это правило и только по счастливой случайности избежали серьезных неприятностей. Таков был первый усвоенный нами урок.