– Не всегда то, что пишут, соответствует действительности. Может, организм у меня такой, что у меня все разгладилось. И с врачом повезло: мне лицо поправил врач Евгений Сафонов в селе Зональное сразу после аварии. Я тогда была без сознания, и познакомили нас недавно на мероприятиях в честь Михаила Сергеевича.

«Анечка положила ему в гроб мяч»

– Михаила Сергеевича несли на кладбище под его песню «Я еще вернусь» с его последнего диска…

– Это удивительная песня. Музыку написал Евгений Мартынов, певец, который умер еще в 90-х годах. Стихи на музыку положил Роберт Рождественский, который тоже умер в середине девяностых. Миша ее спел давно, а незадолго перед смертью включил в диск. Это Аня решила, что отца должны нести под эту песню. Аня молодец, она держалась стойко даже по сравнению с мужчинами. Анечка решила положить ему в гроб футбольный мяч. Чтобы что-то там с ним было рядом.

– Михаил Сергеевич вам снится?

– Я его редко вижу. Когда снится, ничего не говорит, ничего не делает. Просто я вижу его живым. И во сне удивляюсь: «Вот ведь жив, а говорили, что умер». Вот Анечка часто видит его во сне.

– Вещи Михаила Сергеевича вы раздали?

– Не сразу начала, но сейчас раздаю.

– А что не отдадите?

– Косоворотку. Концертную одежду Будет же музей в Верх-Обском, что-то надо будет туда передать. А спортивный костюм, на котором написано «Евдокимов», оставлю себе…

Татьяна Мальцева

«Обниму, и все заботы с плеч свалятся»

Сестра Михаила Сергеевича Евдокимова, Татьяна Сергеевна Мальцева, живет в селе Верх-Обском в родительском доме. С первых минут общения с ней ловишь себя на мысли: как же похожа она на своего знаменитого брата.

И руками так же размахивает, и вздыхает, как он… Первой на эту схожесть обратила внимание Аня, дочь Михаила Сергеевича Евдокимова, когда ей было 9 лет. Татьяна Сергеевна приехала тогда к ним в гости, произнесла несколько слов, и Аня замерла, а потом выдохнула:

– Тетя Таня, как вы похожи на папу.

– Это он на меня похож, – засмеялась она. – Я все-таки старше его.

Татьяна Сергеевна старше брата на 6 лет. Поэтому прошу ее вспомнить, каким Михаил Сергеевич был в детстве.

– Когда он родился, мама руку сломала, и я нянчила его. Он был очень спокойный, спал и спал. Мама даже тревожилась по этому поводу. Еще в раннем детстве он часто болел, в основном ангиной. Кстати, болели мы с ним по переменке: то он, то я. Потом Миша окреп. Как и все мальчишки, хулиганил. Бывало, напроказничает, мама хочет наказать его, а он кричит: «Ой, Таня, спаси меня!», и прячется за мою спину. Не помню, чтобы кто-то в нашей семье дрался. Нас, ребятишек, было много, но все жили дружно. Я, бывало, попрошу Мишу о чем-нибудь, он скажет: «Да ну тебя, вот пристала». А потом возьмет и втихую сделает. Такой у него был характер.

Миша меня любил. Я это всегда чувствовала. Когда жила в Новосибирске, часто ко мне приходил. Он учился там же, в институте торговли. Помню, лежала в роддоме, он пришел со своей гитарой и прямо перед окнами песню исполнял. Девчонки тогда восхищались: «Какой у тебя брат молодец».

В Верх-Обское вернулась, когда мама заболела. Я за ней два года ухаживала. Мама у нас была очень хорошей. Все время говорила:

– Доченька, сядь, посиди.

– Мам, – отвечаю, – мне еще столько пеленок постирать надо.

– Да нехай ты эти пеленки, давай лучше песню споем.

И вот мы с ней сядем и какую-нибудь затянем. Самой любимой у нее была «Расцвела под окошком белоснежная вишня».

Миша обрадовался, что я домой вернулась. Приехал, обнял меня, закружил и говорит: «Танька, я тебя люблю». Он всегда мне комплименты отпускал. Пока мама болела, приезжал очень часто, дорогие лекарства привозил. На этих таблетках она еще пожила.

Рассказывая о брате, Татьяна Сергеевна часто перескакивает с одного на другое. Плачет. Помолчав немного, продолжает:

– Он когда приходил, я его крепко обнимала, и такое хорошее ощущение возникало. Казалось, все мои заботы сразу сваливались. Как будто энергией какой меня подпитывал.

Последний раз видела его 1 мая 2005 года. Были здесь все, но очень спешили и даже в дом не зашли. Миша мне показался каким-то измученным. Он тогда ничего не сказал, но я почувствовала, что у него плохо на душе.

Когда Миши не стало, я плакала и днем, и ночью. И вот приснился мне сон. Приходит он ко мне и говорит: «Таня, не плачь. Я живой». Утром встала, и мне легче стало. Иногда мне действительно кажется, что он не умер, а уехал в далекую творческую командировку…

Сейчас читаю и слушаю все, что о нем пишут и говорят. Пишут в основном хорошее. Приятно, что люди помнят его. Какой-то Мишин друг на кладбище поставил памятник маме. Хочу всех поблагодарить за то, что помнят и любят Мишу, ухаживают за его могилой. Спасибо Валентине Федоровне Поповой, главе сельской администрации, всем местным жителям.