Читаем Неистовый Лимонов полностью

Что нам остается делать? Признать? Смириться? Записаться в ЛДПР или пойти работать на биржу? Впериться в телевизор? Отправиться продавать бананы? Или сделать вид, что ничего не произошло? Что Бог на самом деле не умер, а Ницше просто оговорился?

Каждый поступит по-своему. Большинство предпочтет оставить все как было, не задумываясь о том, как и что было.

Есть иной выход.

«Новый Взгляд» не публиковал Эдуарда после того, как он наехал на наши издания в своей книге. Однако, когда Владимир Соловьев проехался по новому проекту классика в своем ЖЖ, я счел возможным эту реплику ТВ-мэтра воспроизвести на страницах газеты, где Лимонов когда-то начинал свой путь в политику:

«Лимонов пытается начать очередной проект. Другой. И партия — „Другая Россия“.

Не очень точное название. Точнее — „Чужая Россия“. Они — чужие.

Пародия на диссидентов прошлого.

Солженицын, Сахаров, Буковский, Синявский и Даниэль — очень разные люди, разной биографии, но люди высокой культуры и невыдуманной судьбы.

Нынешние — иные. Невозможно представить себе старую гвардию, оскорбляющую женщин и с наслаждением любующуюся своей внешностью.

Невозможно представить себе Сахарова, высмеивающего физические параметры своих политических оппонентов и вопрошающего журналистов: „Я считаю: назвать человека уродливым, значит, он уродлив. Вы же не можете назвать меня уродливым, правильно?

Не можете“. Э. Лимонов.

Разве можно себе представить Солженицына, кокетливо заявляющего: „Спросили, какая у нас партия, я ляпнул: „Центристская“. Но на самом деле партия будет такой, какой мы с вами решим“. Э. Лимонов.

Все ложь. Какие „мы“?

Для этого человека есть только он сам. Гигантское ЭГО, раздирающее его на части, не дающее ему возможности чувствовать рядом с собой сильных и равных, с кем необходимо было бы делиться властью, почитателями, поклонением. Рядом с ним не осталось никого, с кем начинал политическую карьеру, не удержался и в коалиции неудачников, не смог скрывать своего звериного человеконенавистнического оскала, поиграл с „несистемными“ в шоу да пиар и бросил. Надоело прятаться за спиной Алексеевой.

Вождизм в чистом виде. Чужой. Мимикрия этого персонажа уже никого не вводит в заблуждение. Как шелуха, слетела игра в литератора. Талант захоронен в землю.

Пыжится, а в душе пусто. Небеса не обмануть.

Партия, опять партия — партия ленинского типа? Очень хочется быть вождем. Лимонов играет с общественными настроениями, пытаясь выбраться на гребень интереса, и понимает, что для этого надо притворяться, мимикрировать, меняя обличья, примеряя маски, подмигивает своим обожателям: мол, ничего, дай пробраться к власти, там-то мы и развернемся, кровушка польется.

Заблуждение считать, что Лимонов демократ — конечно, нет. Глупо считать, что Лимонов верит в законы, Конституцию и прочие атрибуты современного государства — конечно, нет.

Лимонов ненавидит ЛЮБОЕ государство. Он не смог жить в СССР, США и Франции, ему тесно в рамках государства, так как оно имеет наглость не признавать его „величия“. Американцы и французы не пали ниц и не отдали денег и женщин самопровозглашенному гению.

Лимонов прекрасно осознает, что за него никогда не проголосует достаточное количество людей, чтобы избраться в Думу. Да и такой задачи у него нет. Важно устроить бурление, поднять муть и в этой водичке продолжать удовлетворять свои самые низменные инстинкты.

Вождю нужны поклонники, обожатели — процесс их поиска гораздо важнее любых политических задач.

Чем страшен Лимонов? Для взрослого человека ничем. Смешон. Стареющий сатир в поисках любви.

А вот для молодых, которые за словесной шелухой не видят сути, — опасен. Ему нравится бросать молодых в тюрьмы — ведь это „школа ненависти“, озлобленные на власть, а не на Лимонова, они становятся верной гвардией мелкого беса. Посмотрите, ведь вокруг Лимонова крайне мало людей его возраста, очень. Ведь совращать легче молодых.

Человек-ложь. Сплошная ложь. Стыдится даже собственной фамилии — живет под псевдонимом, да и тот придумал не сам.

Пена политического процесса.

Водораздел понятен.

Критика власти необходима. Всегда. Но если она направлена на улучшение работы демократических институтов, то она во благо, а если нас зовут к бунту, топору, крови, если СМЕРТЬ — Да, то это во зло.

Разве мало бедствий выпало нашему народу, мало крови пролилось?

Жаль, что иммунитет так и не выработался.

Не сразу распознаем ЧУЖИХ, питающихся кровью народа».