Джансен скрылся в темноте коридора, а Сент так и остался сидеть в кресле, прихлебывая бренди при слабом, колеблющемся свете свечи. Обсуждался вопрос не о женитьбе вообще, а о женитьбе именно на этой женщине. Станет ли он счастливее, обладая Эвелиной? Или станет наблюдать, как это делает Кларенс Алвингтон? На этот вопрос нельзя было ответить просто «да» или «нет». Потому что вопрос состоял не в том, будет ли он счастлив с ней, а в том, сможет ли он жить без нее.

Глава 22

Ты из женщин, но им не чета.

Байрон. Стансы к Августе[21]

Как только Эви увидела свежую клубнику на буфете, она сразу поняла, что задумал Виктор. Брат уже сидел за столом, завтракая, как обычно, гренками с медом и ломтиками ветчины. На коленях у него лежал непременный утренний выпуск «Лондон тайме», но на этот раз нераскрытый и непрочитанный.

— Доброе утро, Эви, — произнес он.

Она взяла немного клубники и кусочек свежего хлеба.

— Доброе утро.

— Полагаю, вечер прошел хорошо?

Принимая во внимание, что обычно он отзывался о посещаемом ею литературном собрании как о «болтливых „синих чулках“», она еще больше утвердилась в своих подозрениях. Все, что она могла вспомнить о прошлом вечере, был Сент, сидевший рядом с ней, грешный и милый. Ей не на что было пожаловаться.

— Эви?

Она попыталась изгнать образ Сента из своих мыслей, хотя он никогда не покидал ее надолго.

— Ой. Да, все прошло хорошо. Благодарю.

— Что вы обсуждали? Эви поставила свою тарелку на стол и села.

— Где мама?

— Она сейчас спустится. Как тебе клубника?

Эви хотелось швырнуть в него тарелку. Он так явно притворялся любезным и заинтересованным, чтобы она не стала спорить, когда он потребует, чтобы она вышла замуж за тупого Кларенса Алвингтона. И конечно же, она все равно станет с ним спорить, стремительно выбежит из комнаты. А кончит тем, что сделает, как он хочет. Потому что она всегда поступала именно так. Ну что ж, недавно она освоила несколько новых игр, и научилась им у очень опытного игрока. И теперь у нее гораздо больше причин заняться осуществлением своих собственных планов, чем воплощением замыслов брата. Пятьдесят три причины, если быть точной, различающиеся по возрасту от семи до семнадцати.

— Клубника просто восхитительна. Спасибо, что заказал.

Некоторое время он смотрел на нее с подозрением, затем снова принялся за еду.

— Рад, что угодил.

Появилась мать — величественно вплыла в комнату, изящно приложившись сначала к щеке Виктора, а затем и Эви.

— Доброе утро, дорогие. Это так мило, когда мы завтракаем все вместе. Нам следует делать это чаще.

«Спокойно, — заклинала себя Эви. — Что бы они ни говорили, не теряй самообладания».

— Конечно. Что ты хотел сказать мне, Виктор?

Брат промокнул салфеткой уголок рта.

— Прежде всего я хотел поблагодарить тебя за помощь в этом сезоне. Ты помогла мне приобрести очень выгодные связи.

— Да, я знаю. Рада была помочь. Леди Женевьева вздохнула.

— Эви, не будь такой гордячкой.

— Я не гордячка. Я действительно помогла. Виктор нахмурился:

— Может быть, позволишь мне закончить? Спасибо. Но ты также допустила некоторую долю промахов.

Она кивнула, точно зная, что он имеет в виду.

— Да, и Сент-Обин представил тебя Веллингтону.

Лангли шевельнулся в углу, и на краткий миг Эвелине показалось, что на его лице мелькнула улыбка, пробившись сквозь его стойкое профессиональное самообладание. По крайней мере хоть кто-то был на ее стороне.

— Дело не в этом.

— Могу я тогда спросить, в чем? Вчера мы только обсуждали варианты, ты ведь так сказал.

Он рассматривал ее поверх ободка своей кофейной чашки.

— Дело в том, что союз с лордом Алвингтоном обеспечит мне достаточное количество голосов, чтобы перехватить место Плимптона в палате общин. И, как ты знаешь, я уже некоторое время подыскивал тебе подходящую партию. Кого-нибудь, кто смог бы развить твои лучшие стороны и в то же время не стал бы подавлять твой… беззаботный нрав. Я люблю тебя, Эви, и мне нелегко было прийти к такому решению. Если бы Кларенс Алвингтон не соответствовал моим требованиям, я бы не выбрал его для тебя. И заметь, я не пытаюсь скрыть, что такое решение имеет свои преимущества также и для меня. — Он наклонился вперед. — Прежде чем начнешь скандалить, выслушай меня до конца.

Эви под столом изо всех сил стиснула кулаки.

— Слушаю.

— Ты… Ну хорошо.

Он был слишком искусным политиком, чтобы более явно выказать свое удивление, но и Эви знала его гораздо лучше, чем любой из его политических союзников и знакомых. Она определенно вывела его из состояния равновесия.

Виктор откашлялся.

— Мистер Алвингтон не раз признавался мне, как сильно он влюблен в тебя и какие преимущества ты получишь, когда он займет место своего отца, как виконт.

— А что он думает о моей дружбе с лордом Сент-Обином?

Это был самый вызывающий вопрос, который она смогла придумать. Может, она и заимствовала у Сента его откровенную манеру выражать свое мнение, но ей до него было далеко.