— Да, а Сорокин — улет! И Гитлер — улет! А суки, блять, пидары — студенты примазались к президенту. У нас в Челябинске все мужики за президента голосовали, а когда пидары — жидки стали в майках с его фейсом ходить, что — то всем не в кайф стало.

— Ну, нет, не все студенты — козлы. Я вот в Строгановском Художественном. У нас много клевых ребят. Есть и ultras тоже.

— Вы, студенты, суки от армии косите всегда!

— Волосатых не берут. Их почему — то генералы боятся.

— Хули? Возьми и забрейся, а то на патриота ни хуя не похож!!!

— Бля, вы скины все, что ли, такие тупые? Только чурок мочить умеете? Я вот двадцать пять картин для скиновской выставки по просьбе Паука подогнал! «Адский аборт» называется, по всем каналам показали. Люди из В&Н дико оценили «Последний день папуаса в московском метро».

— Ладно, харе пиздеть, вон ларек цунарэфский. Видите, продавщица выручку считает, а рядом чурка стоит, нужно ему все это дерьмо впарить. Давай, хипари, за дело.

— Здравствуй, Вано. Вот пейджер и сим — карта. Девушка ждет, другу обещал проставить, дайте 500 руб., мы у вас что — нибудь закупим.

— Нэт, нэ надо!

— Ну пожалуйста — 400 руб?

— Слушай, видиш — дэлом занимаюс. Давай, ухады! Пейджер — мейджер, украл навэрно?

— Да нет, я из «Идущих вместе» — партия президента, специально нам такие дают. Постоянно присылают все правительственные сообщения и приказы, менты — хуй приебутся!

Цунар нагнулся, достал из под полы два батла левой адовой водки по 24 руб. за штуку, пластмассовый батл химического «Оранжа» и пачку «Явы» за 5 рублей. Сим — карту он вставил себе в телефон и набрал номер телефона в Баку.

— Блядь, смотри какую хуйню принес, на хуй, такое дерьмо даже бомжи не пьют, хорошо хоть «Ява», а то ментоловое дерьмо хуже любого поноса…

Ребята зашли в парадняк, где не спеша выжрали водку и вскоре, довольные и озверелые, вышли на большую дорогу. Перед домом сталинского типа они остановились. Телегу стал гнать художник — сатанист.

14. ОГРАБЛЕНИЕ И УБИЙСТВО ПИДАРА — СЕКТАНТА ИЗ КИНОТЕАТРА МАРС, А ТАКЖЕ СМЕРТЬ ГАКА

— В общем, в кинотеатре «Марс», ну рядом с Алтуфьевской, там раньше одно время T.N.E, Коррозия и панки давали концерты, ну знаете. В общем, новый директор — пидар, с помощью ментов выгнал музыкантов и запустил туда сектантов из Америки. Три дня в неделю они свою религиозную шнягу теткам и каким — то пизданутым втирают, а потом их всех на деньги обувалют. Я им это, всякое дерьмо рисовал, наглядные картинки — Христа, жидов и всякие другие уебищные чудеса. Так вот, здесь, значит, главный их живет, квартиру снимает. По ночам к нему мальчиков приводят, по нескольку сразу. В общем, капрофагия и педофилия. Мне предлагал, но я его в завешенном состоянии оставил: ни — да, ни — нет. На всякий случай — если грабануть придется. У него бабла до хуя. Я ему сейчас в домофон телеги прогоняю, Толян «SLAYER», внизу на стреме стоит, а мы — как бы мальчики. Потом вы его мочите, грабите, а я ему бошку отрежу, мы на мессе у Лазаренко ее в костре сожжем! А потом я из черепа кружку сделаю.

— Блядь, сколько ебанутых на свете живет? А где у него бабло лежит?

— Пошел на хер! Я что, у него был, что ли?! Сейчас за оскорбление под нож ритуальный пущу!

— Харе ругаться! Давайте пойдем русскую землю от нечисти зачищать!

Азазелло набрал домофон. Со второй попытки подошел сонный голос:

— Да, эте кто?

— Мистер Барни! Это — я, художник Андрей, помните, я вам «Христа — праведного» в кинотеатре «Марс» рисовал. Вы сказали, чтобы я с друзьями к вам домой пришел рисовать.

— Но Андрэй, сейчас это, из вис найт, аи эм слипин!

— Мистер Барни, я им столько о вас говорил! Хотя бы чайку попить?

— Ну тавай завтра. Тавай приходить в «Марс».

— Мистер Барни, они завтра уезжают, гоу хом, они из балетной школы, понимаете, из школы танцев, там мальчики сами знаете какие, андестент ми?

— Ну ладно, о кей, подниматься тихо, только не шумет, о кей?

Прозвучал сигнал домофона, дверь открылась, и тусовка осторожно прошла в подъезд. В будке спала консьержка, чтобы не будить ее грохотом старорежимного лифта, ребята пошли пешком.

— В общем, так — улыбочки! Начинаем действовать через минут 10–20, когда осмотримся и бухнем.

Дверь открыл в очках, тапках и халате полулатинос и еврей. Спросонья он не врубился и пустил банду в холл квартиры. В модном коридоре висели библейские картины, воняло свечками, мацой и спермой. На столе большой комнаты валялся мобильник, нал в долларах, презервативы и Новый Завет в сектантской версии.

— Андрей, это танцоры?!?!!!

Протерев очки, при ярком освещении, он понял, что два бритых рыла стоявшие перед ним, это не танцоры. И в лучшем случае, они убьют его не до конца…

— Поехали! — с этим криком Гак ногой в живот утрамбовал его в стену. С хриплым стоном он ебнулся на пол, Гак дико пиздил его ногами, а Борман сгребал все ценное в пакет.

— Бля, смотрите, в спальне пидар сидит.