Читаем Недоверчивые сердца полностью

— О Гаррик… — Тут он наконец-то убрал руку, и лишь после этого она смогла продолжать: — Гаррик, я пригласила вашу бывшую няню вернуться сюда, чтобы помогать мне навести порядок в замке. — Ответа не последовало, и Несса, чтобы оправдать свой поступок, добавила: — Она прекрасная кухарка и будет нам очень полезна.

Молчание продолжалось, и Нессе пришлось поднять глаза. Оказалось, что муж не отрываясь смотрел на ее губы. Они вдруг сразу пересохли, и Несса невольно облизала их кончиком розового языка, отчего в его глазах зажглись серебряные искры. Она тут же потупилась и, отступив на шаг, проговорила:

— Мод взяла этих детей к себе. У них никого нет, если бы не она, им пришлось бы побираться или воровать. — Начав говорить, Несса приободрилась и теперь уже без запинки продолжала: — Замок большой, много комнат пустует, и я чувствовала, что было бы справедливо предоставить им место. Они отработают свое содержание.

Гаррик все еще молчал; зеленые глаза смотрели на него с напускной храбростью, но он видел в них настороженность, мольбу и надежду: Граф кивнул; себе он объяснил свое согласие как очередной шаг в борьбе за сердце Нессы. Даже самому себе он не признавался, что детский смех оживит мрачный зал не меньше, чем побелка, а счастье этих детей придаст дому тепло, которого он давно лишен.

После того как муж ушел заниматься своими делами, Несса с легким сердцем вернулась к недоделанной работе, радуясь, что так легко добилась его одобрения, а еше больше — его прикосновению: оно давало надежду на более близкие отношения.

Как она поняла, две башни из четырех использовались для хранения продуктов и вооружения и не требовали срочного внимания. Оставалась Западная башня с ее затворником; Несса собственными глазами видела, насколько она запущенна. Не решаясь послать туда кого-нибудь, кто станет мишенью злобного языка старого графа Уильяма, Несса взяла эту обязанность на себя.

Из ниши, где хранились хозяйственные принадлежности, Несса взяла жесткую метлу и большую тряпку. Боясь не столько того, что придется идти по галерее под взглядами любопытных стражников, сколько того, что наверху она заблудится, Несса свернула в коридор, идущий от лестницы направо, и решительно шагнула в тень, не позволяя себе поддаваться беспричинному страху.

До знакомства с лордом Уильямом Несса думала, что он покажется ей грозным, устрашающим. Так и оказалось, но с тех пор она то и дело мыслями возвращалась к нему. Одинокий человек, закрывшийся в башне, страдающий. То, что он сам выбрал затворничество, не уменьшало жалости к старику, которого отделяли от мира не только каменные стены, но и холодный склад ума и наверняка сожаления о прошлом. Может, его скверный характер — следствие добровольного одиночества, подобно тому как передержанное вино становится уксусом?

Задумавшись, Несса шла по коридору, и вдруг в привычное эхо шагов проник неожиданный шум. Несса задрожала. «Успокойся, — сказала она себе, — здесь даже если иголка упадет, то каменные стены разнесут эхо». Но тут звук повторился, и это не был звон упавшей иголки! Несмотря на то что в руках у нее была ноша, Несса подхватила юбки и кинулась бежать, как будто черти хватали ее за пятки.

Ей показалось, что она бежала целую вечность. Добежав до лестницы, ведущей в Западную башню, она, задыхаясь, уселась на нижнюю ступеньку и поклялась себе, что никогда, никогда больше не станет ходить одна по этим коридорам — только по галерее, пусть туда набьется хоть целая толпа ухмыляющихся стражников!

Но нужно было поскорее убираться из этого ужасного места. Отдышавшись, Несса встала и подобрала с пола метлу и тряпку.

До этажа старого графа она добралась без происшествий, но когда подошла к его комнате, ее внимание снова привлекла запертая дверь напротив. Конечно, ни ей, ни кому другому не будет дозволено войти в нее, что бы там ни лежало, но можно по крайне мере стереть пыль с замков и цепей. Бросив на пол тряпку, она принялась рьяно орудовать метлой.

— Что ты делаешь?! — громом разнеслось по этажу, и Несса от испуга чуть не выронила метлу. В дверях комнаты маячила грозная фигура старого графа.

— Я пришла выбросить из вашей комнаты старый тростник, — пробормотала Несса и постаралась улыбнуться.

— Значит, у тебя нет не только богатства и красоты, но и ума, если ты думаешь, что тебе позволят это сделать. — Ярость придала лорду Уильяму силу, но она убывала с каждым мгновением.

— Здесь не только тростник, но и пыль давно не убирали, а это — позор для меня, раз я отвечаю за порядок в замке. — Несса осмелела и гордо выпрямилась.

Лорд Уильям, ослабев, привалился к дверному косяку и в изумлении уставился на девушку; он восхитился ее смелостью, хотя и не желал в этом признаваться.

— Ты… отвечаешь? — Старый граф приподнял свои густые брови.

— Да, отвечаю. И я всегда очень серьезно отношусь к своим обязанностям. — Несса вовсе не чувствовала той уверенности, с которой говорила. — Ваша комната — часть замка милорда, и в ней теперь будут наводить чистоту.