Читаем Недолгий век полностью

Но русская летописная традиция (в частности, Никоновская летопись) предлагает нам и другую версию. Сообщается о двух поездках Александра в Орду (в 1257 и 1258 годах); вместе с ним поехали Борис Василькович Ростовский, Ярослав-Афанасий и… Андрей… Ни о каких иных действиях Андрея Ярославича летописи не сообщают. В 1263 году сообщается о смерти Александра. Сообщение о борьбе Афанасия-Ярослава и Андрея за получение ярлыка на великое княжение имеется только у Татищева и даже самые доверительные по отношению к Татищеву историки относят это сообщение к числу так называемых «татищевских сообщений», то есть не подтвержденных никакими иными источниками… Под 1263/64 годом упоминается в летописях о смерти Андрея, названного суздальским князем. Никоновская летопись упоминает о его смерти еще раз: в 1278 году… Интересно отметить, что конец правления Александра был отмечен интенсивными выступлениями горожан в связи со «сбором дани» монголами. Выступления произошли во Владимире, Ростове, Костроме, Ярославле и… Суздале… Однако никаких известий об Андрее Ярославиче в связи с этим нет… Летописи рано начали путать его с сыном Александра Невского Андреем Александровичем. В частности, известно, что Александр дал в удел сыну Андрею Городец, но иногда Андреем, князем Городецким называют Андрея Ярославича…

Что сталось с женой Андрея Ярославича? Имел ли он детей? Находим в связи с записью о его смерти упоминание о его сыновьях: Василии, Юрии и Михаиле. Речь явно идет о мальчиках, «невозрастных». Юрий и Михаил с летописных страниц исчезают, остается Василий, впоследствии (с 1305 по 1309) князь суздальский. А. В. Экземплярский предположил, что речь идет о сыновьях Андрея Александровича, сына Невского… Но если это все же сыновья Андрея Ярославича, то кто их мать? Сколько дочерей имел Даниил Романович, тесть Андрея? В польских источниках упомянуты две его дочери: Переяслава, супруга польского князя Земовита; и Мария, имя которой упоминается в связи с Угровской женской обителью — монастырем, который был основан Феодорой, сестрой Даниила… Оба упоминания относятся к 60-м годам XIII века. Идет ли речь об одной личности, или о разных женщинах? Могло ли «Мария» быть монашеским именем? Можно ли отождествить Марию, дочь Даниила, с женой Андрея Ярославича?.. Если он действительно убит, то его вдова может находиться в монастыре, это вполне естественно…

Но на одном временном «пятачке» скопилось слишком много Андреев, что в связи с многократным переписыванием летописных сведений производит путаницу. Кратко перечислим лиц, с которыми путают Андрея Ярославича: Андрей, Переяславский чудотворец, полулегендарная (или совсем легендарная) личность, о которой мы уже говорили; есть версия, относящая его жизнь ко второй половине XIII века и связывающая его с Суздалем; Андрей Владимирович Углицкий, умерший в 1261 году; возможно, это именно он сопровождал Александра в поездках в Орду; женат он был на некоей Устинье, составитель родословия Рюриковичей Хмыров передал эту Устинью Андрею Ярославичу, А. В. Экземплярский «вернул» бедную Устинью законному супругу, тем не менее и до сих пор некоторые историки называют жену Андрея Ярославича «Устиньей Даниловной»; и наконец — в польских источниках фигурирует Андрей Ярославич, который в конце 80-х — начале 90-х годов XIII века находится при Льве Даниловиче, галицком князе, сыне Даниила Романовича… Так все же: убит был русский Гамлет, или примирился со своим братом-противником? Ведь покорился же Александру Ярослав-Афанасий! Впрочем, Ярослав не формулировал четко своей антиордынской позиции и не действовал против Александра, как это делал Андрей… Вероятнее всего, Андрей Ярославич был убит, но память об этой значительной личности сохранялась долго, и вызывала его тень на страницы летописей и хроник…

Перейти на страницу:

Все книги серии Рюриковичи

Похожие книги

«Смертное поле»
«Смертное поле»

«Смертное поле» — так фронтовики Великой Отечественной называли нейтральную полосу между своими и немецкими окопами, где за каждый клочок земли, перепаханной танками, изрытой минами и снарядами, обильно политой кровью, приходилось платить сотнями, если не тысячами жизней. В годы войны вся Россия стала таким «смертным полем» — к западу от Москвы трудно найти место, не оскверненное смертью: вся наша земля, как и наша Великая Победа, густо замешена на железе и крови…Эта пронзительная книга — исповедь выживших в самой страшной войне от начала времен: танкиста, чудом уцелевшего в мясорубке 1941 года, пехотинца и бронебойщика, артиллериста и зенитчика, разведчика и десантника. От их простых, без надрыва и пафоса, рассказов о фронте, о боях и потерях, о жизни и смерти на передовой — мороз по коже и комок в горле. Это подлинная «окопная правда», так не похожая на штабную, парадную, «генеральскую». Беспощадная правда о кровавой солдатской страде на бесчисленных «смертных полях» войны.

Владимир Николаевич Першанин

Биографии и Мемуары / Военная история / Проза / Военная проза / Документальное