Это противоречит мнению науки о том, что вероятность заключается в физической природе вещей. Большинство уравнений в науке не имеют временного направления. Вы можете решить дифференциальные уравнения для прошлых времен так же, как вы их решаете в будущем. Время тоже похоже на иллюзию. В этом смысле вы можете запустить Вселенную в обратном направлении так же легко, как она бежит вперед «сама по себе». Это переводит наши поиски на следующий уровень. Если вероятность не лежит за пределами наших умов, где еще она может лежать?

Похоже, Иммануил Кант был прав в своем утверждении о том, что наш ум структурирует наше восприятие. Вероятность «встроена» в наши умы. Наши умы, электрохимическая симфония, которую играют наши узко развитые нейронные ганглии, обеспечивают инфраструктуру мышления. Разум определяет фон времени, пространства и причинной связи.

Ученые никогда не видели причинной связи в дикой природе. Они видели и предсказывали только пространственно-временные события, которые следуют за событиями. Уравнения и корреляции заменили причины, так же как наука в значительной степени заменила философию и религию как теорию вещей. Ни один причинный зародыш одного события не разворачивается в другое событие. Но ум и разум, как заметил философ Дэвид Юм, заставляют события казаться такими и вставляют причинно-следственные связи в цепочку событий.

Вероятность, похоже, является частью той же психической инфраструктуры. Мы видим вероятность повсюду, поскольку она заложена в наших умах. Возможно, вероятность представляет собой некоторый инстинкт, архетип или умственную тенденцию, которые помогают организовывать наше восприятие, воспоминания и, прежде всего, наши ожидания. Вероятность структурирует противоречивые предположения о том, как будут развиваться будущие события в следующий момент, день, сезон или тысячелетие.

Глава IV.

Аристотель против Будды

Мировоззрения Аристотеля и Будды столкнулись на поприще нечеткой логики. Возможно, это было первым столкновением восточных и западных систем убеждений на техническом уровне. И оно точно не будет последним.

Соединенные Штаты Америки и Япония возглавляют мир в сфере бизнеса и технологий – в области финансов и математики. Обе страны связаны с культурами, заимствованными из других стран. Древняя Греция относится к Соединенным Штатам и большей части Европы, а древний Китай и Индия относятся к Японии. Аристотель и Будда олицетворяют эти два культурных корня. В этой главе рассматриваются некоторые из древних и недавних влияний двух великих мыслителей на ряд вопросов, касающихся нечеткой логики.

Насколько хорошо мы осведомлены об Аристотеле и Будде? Насколько эти персонажи изменили мировую культуру? Логика Аристотеля и научный изгиб, сделанный им, сформировали большую часть современного западного разума и определили диапазон его влияния, его параметры, границы, перечень правильного и неправильного, верного и неверного. Каждое поколение разрабатывало свою модель Вселенной, базируясь на логике Аристотеля. Наука отказалась от взглядов Аристотеля на Вселенную. Это началось с теории Исаака Ньютона о белом цвете как смеси цветного. Аристотель также использовал призму чтобы отделить белый цвет от остальных. Но он сказал, что метафизические «преобразования» вызвали разделение. В отличие от Ньютона он не указывал на физический механизм как фильтр длин волн.

Аристотель и его логика оказали огромное влияние на науку и философию. Наука всегда была менее критична к модели мышления Аристотеля. В значительной степени Аристотель все еще определяет то, что философски правильно в логике и рассуждении.

В конце XX века нечеткость стала техническим и культурным символом Дальнего Востока. В Японии произошла нечеткая революция на уровне высокотехнологичных потребительских товаров. Японские инженеры использовали нечеткую логику для подъема и развития интеллекта различных машин, сотен других устройств и систем. Японское правительство создало две большие лаборатории, и каждая из них спонсировала нечеткие конференции в разные годы. По японским телеканалам постоянно показывали рекламные ролики, рассказывающие телезрителям об умных нечетких стиральных машинах и кондиционерах. Японцы даже придумали свою лексику и персонажей для обозначения нечеткой логики и всего, что связано с ней. Пассажиры метро и корпоративные руководители читали газеты, которые пестрили статьями об умной технике, интеллект которой базировался на нечетких системах; в Японии было выпущено много книг на тему нечеткой логики, которые пользовались спросом. Телеканалы в прайм-тайм показывали специальные передачи о нечеткой инженерии и о том, как она связана с производством высокоинтеллектуальной бытовой техники для потребителей. Политики горячо обсуждали и даже шутили над феноменом нечеткой логики.