Читаем Небесный маркетинг полностью

Учёные тужились, боссы транснациональных корпораций, которые только-только успели переименовать себя в «трансгалактические», ходили как в воду опущенные и разводили руками с трибун. На Украине, откуда были родом почти все поселенцы, подумали и объявили недельный траур. Больше ничего предпринять не смогли. Только спустя полсотни лет была разработана дополнительная теория, которая позволила объяснить нестабильность субпространственных туннелей. Но никто не спешил швырять деньги в космос: а вдруг опять всё крякнет? Так что ещё полвека специалисты Международного аэрокосмического агентства потратили на доработку нового оборудования и первые, суперосторожные вылазки за пределы галактики. И всё на хлебе и воде бюджетных средств. Ещё полсотни лет — чтобы проложить до Зенды канал нового типа.

Всё это время человечество сидело сложа руки, но, как водится, бурно рефлексировало. Кто не видел хотя бы трёх-четырёх фильмов об оставшихся на Зенде? Сериал «Потерянные в космосе» с заставкой, где десяток смуглых красавцев стоит, запрокинув головы вверх — в космос, отыскивая взглядом Млечный путь? Или тот сериал, о разлуке влюблённых, один из которых не успел вернуться на Землю до катастрофы? Это были действительно трогательные и всегда красочные фильмы. И кто только не говорил о нашем долге перед оставшимися на далёкой колонии? Кто не писал о моменте встречи?

И вот с полгода назад свершилось.

Колонизаторы, точнее, правнуки оставленных 150 лет и три месяца назад на Зенде оказались живы, здоровы и среди пальм и водопадов неплохо себя чувствовали. Вы не забыли? Зенда — это практически рай.

А ещё, если копнуть поглубже, как выразился журнал, то на планете найдётся никель. И хром. И золото. Строго говоря, каждый из зендян, число которых сегодня достигает миллиона, сказочно богат. В случае крохотной экономики планеты, правда, значения это не имело: кому там было этот хром продавать? Но теперь…

Виталька плюхнулся на кожаное сидение слева от меня.

— Ну как? Сколько миллионов успел насчитать?

— У меня две теории. Либо ты планируешь продавать драгметаллы со скоростью звука, либо на этой планете растёт что-то такое, чем можно лечить рак или увеличивать грудь. Или это что-то можно курить. Глядя, как ты прячешь усмешку в усы, я всё больше в это верю. Ну давай, сознавайся.

— Паша, я тебя умоляю! Деньги — это тебе не астероиды, по космосу просто так не валяются. А ты их собрался лопатой сгребать. Давай рассуждать вместе.

Голос Виталика утонул в гуле двигателей: корабль снова вынырнул из туннеля. Наверное, со стороны он выглядел как многотонный полированный кот, проснувшийся от того, что кто-то звякнул дверцей холодильника. Материализовавшись в нескольких сотнях километрах от Зенды, он ошалело повертел головой и теперь, медленно покачивая боками, разворачивался в сторону планеты. В иллюминатор буквально ворвалось звёздное небо. Обжигающе яркое и разноцветное. С яруса эконом-класса послышался дружный стон восхищения. Мы с Виталиком летали не в первый раз, но тоже ненадолго замолчали, глядя в иллюминатор.

— Хорошо всё-таки, что я тебя встретил на этом корабле, — негромко заговорил Виталик. —  Сколько мы не виделись? Пятнадцать лет? Шестнадцать?

— Около того. С тех пор, как институт закончили.

— А помнишь, ты же мне жизнь спас? На втором курсе.

— Риторический вопрос, да? Конечно, помню, — я покачал головой. — И не знал, что сейчас ты глава издательства. Подумать только, не вытащил бы я тебя из воды, и не было бы во вселенной журнала «Субботние сиськи»…

— Хватит издеваться. Ну журнал. Ну сиськи. А между прочим, тоже гениальный концепт. Ты же понимаешь, что это не просто глянцевый журнал с голыми тётками. Это буквально один из стержней нашей цивилизации…

Я захрюкал в кулак.