Читаем Не знаю полностью

На очередном повороте, где рукав густой дубравы почти налазил на дорогу, спецмашина чуть снизила скорость. И когда маневр был почти завершен, внутри салона что-то случилось. Одна из стен автомобиля вдруг вспухла от мощного удара, выгнувшего наружу мощный металл. Придав машине ненужное на повороте ускорение вбок, удар выбросил ее на обочину, где, теряя куски обшивки и стекла, она начала кувыркаться. С грохотом, ревом мотора и раздающимися из салона воплями, небольшой фургон долетел до стену деревьев и с силой ударился об одно из них.

Через некоторое время, когда двигатель уже заглох и перестал шипеть выходивший из баллонов кислород, задние двери, предназначенные для эвакуации пострадавших, вдруг с силой кто-то вышиб. Обе створки с хрустом выворачиваемого железа отлетел на добрые два десятка метров, где благополучно приземлились в болотистом овраге. Едва рассеялся дым, наполнявшие салон автомобиля, оттуда кто-то или что-товыбралось. Честно говоря, неопределенное местоимение «что-то» здесь более точно отражало то, состояние существа, что в данный момент стояло на изумрудном покрывале мха. Неестественно скрюченное, сгорбленное, с безжизненно опущенной головой и руками, это странное существо с первого взгляда и человека-то не напоминала. Из человеческого были лишь сползавшие на землю остатки форменных брюк и куски расползавшейся по швам, когда-то белой рубашки, рубашки.

Почти минуту существо стояло неподвижно. Каменной статуей, без единого движения. Ни один мускул не дергался. В какой-то момент оно сделало первый шаг в сторону леса. Затем еще один шаг и еще один, и еще один. В движения буквально сквозила скованность, неестественность, словно оно только училось ходить, махать руками, наклоняться и т. д. Казалось, шел костюм в человеческого существа, приводимый в движение неведомой силой.

Через полсотни метров прореженный и очиненный от бурелома лес окончательно лишился налета ухоженности. Сентябрьский туман окутал деревья промозглой пеленой, стыдливо пряча их друг от друга. Стали чаще встречаться поваленные непогодой стволы огромных дубов, источенные изнутри жучком и временем. Причудливо разросшийся мох, плотной массой покрывал корни деревьев, пни. Голые ноги существа глубоко погружались в мох. Хрустом щелкали попадавшиеся высохшие ветки.

Постепенно его шаг становился четче, движения приобретали большую естественность. Оно начинало все больше напоминать человеческое существо, а именно худощавого подростка, кем, собственно, и являлось. Это был Алексей Бельский, оказавшийся без сознания после взрыва в стеклянном переходе гимназии. По хорошему, сейчас его сознание тоже было в сумеречной зоне, напоминая нейтральную скорость автомобиля. Телом подростка, словно рука опытного кукловода, управлял Квазар, пытавшийся увести своего оператора как можно дальше от потенциальной угрозы.

ИИ, созданный гением Бельского старшего, постепенно эволюционировал. Его время было совсем другим, в сотня раз быстрее субъективного человеческого. Взросление проходило подобно пущенному вскачь жеребцу. Еще неделю назад искин был всевдоразумной техномагической машиной, больше реагировавшей на события, чем принимающей самостоятельные решения. Сегодня же его разум ничем не уступал интеллекту взрослого человеку, а по многим параметрам и превосходил его.

Перед взрывом Квазар едва-едва успел, не дав случиться непоправимому. Сгенерированный им силовой щит смог защитить обоих подростков от взрывной волны и упавших на них обломков, смягчив негативные последствия. После, перехватив управление медицинской камерой, он перевел ее в форсажный режим, выставив на максимум все ее технические параметры и перепрошив программное обеспечение. Получившееся изделие уже с трудом напоминало ту медицинскую капсулу, что не давно давно вышла с завода. Получившийся результат скорее представлял собой странный, однако чрезвычайно эффективный, симбиоз из медицинского диагноста, поддерживающей капсулы и регенерирующего комплекса. Правда, пользоваться им можно было лишь при условии, координации его функций искусственным разумом.