Людмила Касаткина играла превосходно. Да нет, мы вообще не играли – мы жили в этом страшном прошлом. Героиня Касаткиной после войны разыскивала сына, а ее подруга Надежда помогала ей. Как это было и в жизни, сын нашелся. Он жил в Польше и приехал на премьеру в Советский Союз. Я помню, была Масленица, и я пригласила всех домой на блины – и режиссера, и Людмилу Ивановну, и польского оператора, и польского артиста, который играл сына героини, и настоящего сына, и Зинаиду, его мать, которая приехала из Минска. Это была незабываемая встреча!

На съемках фильма «Небеса обетованные» я работала с кошками, вернее, с котами. Один кот был совсем старенький, рыжий пенсионер из уголка Дурова. Он уже не работал, но сидел в клеточке и получал свой паек. Дрессировщица посадила его мне на плечо и сказала: «Не волнуйтесь, он будет сидеть как приклеенный, что бы ни случилось».

Съемка, на площадке великие актеры – Гафт, Садальский, Басилашвили, Ахеджакова, Русланова. Хлопает хлопушка, причем прямо перед моим лицом и очень громко. Нет, кот не соскочил – он просто обделался. Страшная вонь, все артисты разбежались, мы с котом остались одни. Я говорю: «Ты только не волнуйся, котенька. Ты пожилой, я тоже немолодая. Сейчас все выстирают». Подошла костюмерша, переодела меня, все застирала. «Ничего, котик, сейчас все сначала снимем. Артистов позовите – ишь, какие нежные! И прошу перед нами с котом больше не хлопать!»

Я очень люблю сниматься, и в фильмах, и в телепередачах. На телевидении чаще всего снимаюсь бесплатно, и меня часто приглашают в самые разные программы. Спрашивают о жизни, о семье, о том, как мы познакомились с мужем (все думают, что это залог семейного счастья!), о творческих планах. Но бывают и шуточные передачи, такие, как «Розыгрыш». Однажды меня пригласили на встречу с Левоном Оганезовым. Я решила, что будет какая-то музыкальная передача. Я уже выступала с ним на фестивале «Киношок», пела свои песни. Поехали. Нас остановил милиционер за какое-то нарушение. Шофер вышел и почему-то за руль сел другой человек. Но я так занята была предстоящим выступлением, что не обратила на это особого внимания – ну, другой шофер и другой. И милиционер вдруг ушел и пришел другой. И на это я не обратила внимания, а зря. Остановились напротив Мосфильма. Я спрашиваю, почему здесь – Мосфильм-то с другой стороны улицы! Говорят, новое отделение. Тут я заподозрила что-то неладное, вспомнила про менявшихся шофера и милиционера и подумала: а вдруг меня хотят взять в заложники? Ладно, говорю, где Оганезов? Меня ведут. Входим в помещение, никакого Оганезова нигде нет. Просто как в дурном сне. И тут я понимаю, что это розыгрыш. И я рассвирепела: «Я ненавижу розыгрыши и не буду в них участвовать! Мне хватило одного на всю жизнь, я тогда чуть не умерла от страха!»

…Организаторы передачи, конечно, начали меня успокаивать, поняли, что со мной никакого «Розыгрыша» не получится, и даже пригласили пообедать в соседнем ресторане. Но я гордо отказалась!

Таруса и Шишкино

Физический институт Академии наук открыл филиал в Тарусе, и поскольку мы жили недалеко от Тарусы, а Валерий был активно работающим ученым, ему предложили возглавить этот филиал. Научные работники растили там кристаллы. В Тарусе оборудовали офис, и Валерию захотелось сделать что-нибудь для города. Ему пришло в голову создать Дом-музей Марины Цветаевой. Было много споров, кто-то из местной интеллигенции был против музея: говорили, стелу поставьте – и хватит, у нее муж был белогвардейцем. Хотели восстановить дачу Песочное, которую когда-то снимала семья Цветаевых, но это оказалось невозможно: сохранился только фундамент, на котором была танцплощадка дома отдыха…

Наконец остановились на доме Тьо – так называли дом второй жены дедушки Марины, гувернантки из Швейцарии. К ней ходили в гости из Песочного всей семьей (читайте рассказ Цветаевой «Хлыстовки» («Кирилловны»)). Марина и Анастасия Цветаевы приезжали сюда и зимой, на каникулы. Дом, деревянная усадьба, был необыкновенным: множество чудесных вещей, огромная музыкальная шкатулка, исполнявшая симфонии. Коммунальные квартиры, которые там были, удалось расселить, дом начали восстанавливать. Активное участие принимал институт – его рабочие и восстанавливали этот дом.

Большая энтузиастка Елена Климова, которая впоследствии стала директором музея, руководила его созданием. Несколько артистов театра «Современник» делали концерты в пользу строительства. Самыми активными были Тамара Дегтярева и молодые актеры Николай и Татьяна Ряснянские. И я, конечно.