Они не знали, сколько часов работали. Прошли уже сажени две – узкий лаз, лишь бы выползти. Но над головой снова затрещало, едва успели отпрянуть – все завалило, и опять поднялась пыль. Обессиленные, они опустились на глыбы.

– Пустое дело, – с сипом перевел дыхание напарник. – Крышка.

– Все равно будем копать! – упрямо отозвался Антон. – Отдохнем – и снова будем!

Он привалился к мокрой стене.

Получены сведения, что продолжающаяся межфракционная борьба в РСДР партии ознаменовалась в настоящее время решительным шагом Ленина.

12 июня состоялось собрание членов Центрального Комитета означенной партии. На этом собрании произошло столкновение между Лениным и представителем «Бунда» Либером из-за разногласий во взглядах на направление деятельности меньшевиков-ликвидаторов, результатом какового конфликта явился уход с собрания Либера… Оставшиеся продолжали заседание и приняли решение о созыве конференции… Изложенные наступательные действия большевиков комментируются различно.

15-го июня. Среда

Встал поздно. Утро было серое и прохладное, дул SW. Остался на яхте и долго читал Аликc[3]. После завтрака на юте была большая возня с подушками. В 2½ отправились в бухточку Падио. Сделал с сестрой Ольгой знакомую прогулку. Вернулся также на двойке совсем мокрый от брызг. От 6 час. начал читать дела. Вечер провел спокойно, читал вслух. Вечером игра в домино.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Нил Петрович и Михаил Фридрихович сидели друг против друга и переговаривались. Слова их шелестели подобно осеннему дождю, хотя за окном редкостно ярко светило июньское солнце, и лучи его, отраженные в чешуе Фонтанки, щедрыми цветными бликами играли на потолке.

Небольшой кабинет Нила Петровича – шагов пять в ширину и десять в длину – был достаточно импозантен: лепной потолок, белая, с золоченой резьбой и массивными бронзовыми ручками дверь. Ножки тяжелого письменного стола изображали когтистые львиные лапы. Эти мерцающие темным лаком лапы выглядывали из-под синего сукна, которое ниспадало почти до пола, и казалось, что под столом действительно залег в засаде грозный зверь. Или что лапы эти принадлежат самому Нилу Петровичу – кентавру в новом, отличном от греческой мифологии, варианте. Однако та часть тела, которая громоздилась над столом, не давала никаких поводов для сравнения с мстительными и сладострастными существами древности, ибо она разительно контрастировала с напряженностью выпустивших когти, готовых к удару лап.

Нил Петрович мягко заполнял весь простор широченного кресла, глубоко осев в него и удобно примостив мягкие руки на подлокотниках. Все в его облике было округленно: большая голова, соединенная с короткой шеей двойным подбородком-зобом, покатые плечи, объемистая грудь, сливающаяся под сюртуком с животом, преграждающим быстрый путь к бумагам, кон белыми лодками плыли по глубокой сини. И голос у Нила Петровича был под стать фигуре – густой, просторный, медлительный. Если не вникать в смысл слов, выкатывавшихся из большого рта с толстыми влажными губами, можно было бы предположить, что хозяин кабинета делится с приятелем безынтересными соображениями о видах на погоду и урожай или обсуждает предписанную врачами диету против застоя крови и лимфы.

Ошибочное предположение. Его превосходительство, статский генерал Нил Петрович Зуев, директор департамента полиции министерства внутренних дел Российской империи, принимал в своем кабинете с регулярным докладом начальника отделения по охранению общественной безопасности и порядка в столице полковника отдельного корпуса жандармов Михаила Фридриховича фон Коттена.