Но Кэтрин не прятала взгляд. Она «буксовала», стараясь собрать воедино свои захмелевшие глазки. И Тони решил для себя, что подобный «джек-пот» будет грех упускать! Потребность распять её прямо здесь боролась в нём с чем-то иным. До сих пор незнакомым, пока не имеющим чётких границ…

— Ты — моя женщина! Ясно? — процедил он сквозь зубы.

Она отступила, но не сдалась.

— Только по договору! — гордо вскинув свой остренький подбородок, заявила паршивка.

Захотелось ударить! Сбить с лица эту едкую спесь. Тони сжал кулаки и пошёл на неё. Вынуждая прижаться к стене.

Упругое тело в руках извивалось. Ему стоило немалых усилий заставить себя отложить на потом воспитательный квест.

— Пусти! — кричала она, пытаясь пробить его спину.

Но Тони сильнее сжимал обтянутые плотным латексом бедра. Мечтая, как снимет его! Или лучше порвёт…

— Скотина! Ненавижу! — прокричала девчонка, за что получила шлепок.

Тони вышел на улицу, держа на плече свою драгоценную ношу. Джексон, карауливший неподалеку, встрепенулся, заметив его.

— Пусти меня! Ты, грязное животное! Негодяй! Ублюдок! — зашлась в новом приступе ярости Кэтрин.

Тони отвесил ей смачный шлепок.

— Мистер Энтони, помощь нужна? — с ехидной улыбкой заметил охранник.

— Отдыхай, Джексон! Я справлюсь, — заверил он, и вдохнул обжигающий свежестью воздух.

Ночь выдалась звёздной, безоблачной. Точно, как в тот раз, когда он её отыскал. Погасшую, злую! Такую неловкую в своём безразмерном переднике.

Он решил подчинить её! Взять себе, завладеть её телом и жизнью. Просто так, по привычке. Желая потешить своё самолюбие. Ещё не зная, что эта находка так сильно изменит его самого…

Часть 4. Майк

Глава 1. Кэтрин

С террасы ресторана было видно припаркованные к берегу яхты. В каюте одной из них остались лежать её трусики. А память об этой прогулке осталась лежать… в её сердце. В тот раз он ни взял никого! Хотя изначально планировалось двойное свидание.

— Я думала, мы будем вчетвером, — разочарованно бросила Кэтрин.

— А я думал, что мы займёмся любовью на яхте, — парировал Торрес.

Он был одет, как настоящий яхтсмен, во всё белое. А Кэтрин взяла с собой шляпку с бантом. Недоставало лишь оператора с камерой и режиссёра, который будет горланить: «Мотор!».

Они слегка удалились от берега, и его огни служили идеальным фоном. Энтони угостил её ужином под «музыку» моря. Дело близилось к самому главному. Но у Кэт начинался мандраж!

Когда Торрес сел рядом, точнее, подкрался, она вздрогнула и отодвинулась от него.

— Что не так опять? — раздражённо выдохнул Тони. Как будто снял маску!

— Просто трахни меня и поплыли назад, — обречённо ответила Кэтрин.

Он выругался, залпом выпил шампанское.

— К чему такие сложности? Если б я хотел трахнуть тебя, то сделал бы это дома. Ты же всегда под рукой!

Последняя фраза прозвучала особенно достоверно.

— Тогда и незачем притворяться! — ответила Кэтрин и принялась расстёгивать блузку.

Торрес следил за ней. Его глаза двигались вслед за её проворными пальчиками. Сняв блузу, Кэт потянулась к застёжке ремня. Ожидая, когда он её остановит. Или подойдёт, чтобы раздеть самому! Но Тони стоял, наблюдая, как тает её решимость. Она долго боролась с ремнём.

— Ты даже раздеться нормально не можешь, — прокомментировал он. И, потеряв интерес, отправился в капитанскую рубку.

Кэтрин так и осталась стоять на корме в кружевном бюстгальтере.

«На кой чёрт я надела его», — возмутилась она про себя. Вечер был явно испорчен. Но он ещё не закончился! Предстояло вернуться домой, в атмосфере взаимного непонимания. Она как раз собирала разложенные по каюте мелочи в сумку, когда он возник на пороге.

— Ты не даёшь мне возможности тебя узнать! — сказал и ткнул в неё пальцем.

— А ты не пытаешься! — усмехнулась она.

Тони развёл руками в недоумении:

— А какого я хрена, по-твоему, делаю?

— Ты вые…, — начала было Кэтрин.

Он застыл:

— Продолжай!

Она откашлялась.

— Ты выпендриваешься, — закончила фразу.

Он прикусил губу, усмехнулся:

— А ты пиздишь, миссис Торрес!

В итоге вечер продлился. Они допили шампанское, наблюдая, как с берега запускают бумажный фонарик. Вода, точно зеркало, бликовала под светом луны. И такое спокойствие царило вокруг, что у Кэт на губах заиграла улыбка.

— Tall and tan and young and lovely. The girl from Ipanema goes walking3, — едва слышно пропела она.

Энтони подхватил:

— And when she passes, each one she passes goes "A-a-ah!"4.

В его глазах отражались звёзды. Или огни Барселоны? Там, всего в полумиле от них жизнь кипела, играла музыка. И много разных людей смотрели на небо, стоя на берегу. А здесь, вдали от посторонних глаз, они были вдвоём…

Не отдавая себе отчёта, а только слушая собственный пульс, Кэтрин встала. Она подошла к нему, заслоняя обзор. Вплотную! Чтобы пальцы их ног на полу коснулись друг друга. И, глядя в тёмную топь его глаз, опустилась перед ним на колени.

Тони не сдвинулся с места. Он замер с бокалом в руке. Взгляд его вопрошал: «Неужели?».