Читаем Не плач, детка! (СИ) полностью

- Я из квартиры напротив. - Сказала гостья, затем пожала плечами, добавила, задумчиво: - Лет десять точно прошло, а то и больше, как Машка пропала, так я и не была здесь с тех пор.

Анна прошла на кухню, достала из шкафчика кружки, разлила по ним кипяток.

- А Машка это кто? Девушка, что жила здесь?

- Да. Бедная девчонка.

Анна Кузьминична вошла следом, внимательно осмотрелась, задержав свой взгляд на кухонном абажуре под потолком, перекрестилась. Анна удивленно замерла с чайником в руке, прошептала:

- А зачем вы это сделали?

Старушка села за стол, обыденно пожала плечами, сказала:

- Перекрестилась то? А это я по привычке! - она снова обвела кухню бесцветными глазами. - У Котовас то мебель так же стояла когда-то.

- У кого? - Аннушка нахмурилась.

- Котовас, - старушка сощурилась. - Это фамилия бывших жильцов.

Аня кивнула, с хитрым прищуром спросила:

- Расскажите о прежних жильцах? Почему они уехали, не взяв с собой вещи? И почему вам жалко девушку Машу?

Соседка смерила Анну долгим взглядом, вновь перекрестилась:

- Так, а зачем им вещи на том свете?

Аннушка поперхнулась. Натянутая внутри, долгими догадками, струна нервов - лопнула.

- Что? - по спине, нагретой от солнечных лучей, проникающих сквозь окно, пробежался могильный холод.

- Так померли они от пьянки своей, а девчонка их сгинула.

- Как померли? - Анна сжалась. - Как сгинула?

- Пропала. - Анна Кузьминична пожала плечами, улыбнулась беззубым ртом. - Да, ты не пугайся, давно это было, не бойся! - соседка вздохнула, сделала глоток чая. - Квартиру то освятили, сам батюшка из церкви приходил.

- Значит, правда? - Анна облизнула пересохшие губы. - Нам говорили, что квартиру освещали, но из-за чего не сказали. Что здесь случилось такое, что понадобилась помощь церкви?

- Да, все прошло уже, к чему вспоминать. - Старушка махнула рукой, подозрительно посмотрела на Анну, на абажур над ее головой. - Неблагополучные они были, пьянство и бедность.

- Это точно. - Анна кивнула головой, сделала глоток чая. - Моя комната до сих пор такая, какой была еще при прежней хозяйки. В эти выходные, наконец, начинаем ремонт.

- Посмотреть можно? - вдруг спросила Анна Кузьминична и Аннушка, пожав плечами, повела соседку на смотрины.

Васька обогнал их в коридоре, прошмыгнул первым в приоткрытую дверь, но тотчас вылетел обратно, громко зашипев. Анна испуганно остановилась, снова стало неуютно и как будто темно, снова в нос ударил спертый запах пыли и безысходности.

- Чего ты? - спросила старушка, останавливаясь посреди коридора, заглядывая Анне в побледневшее лицо. - Чего встала, как вкопанная?

Анна смерила старушку долгим взглядом, не особо довольная ее высказыванием, толкнула дверь:

- Заходите.

- Ох! - Анна Кузьминична снова перекрестилась. - И кровать твоя стоит на том же месте, что у Маши когда-то. А обои то да, сменить надо, совсем выцвели, точно цветы на погосте.

- Анна Кузьминична! - воскликнула Аня. - Но у вас и сравнения! Мне и так не по себе, а тут вы еще жути нагоняете.

- Не спокойно здесь? - охотно кивнула старушка. - Правда, ведь?

Анна вздохнула, обвела взглядом комнату:

- Да. - Она замолчала, то открывая, то закрывая рот и не решаясь продолжить, потому как, такие разговоры вряд ли кто-то мог понять и разделить. Взять хотя бы любившего ее всем своим добрым сердцем Олега. Казалось бы, кто как ни он должен её поддержать, разделить вместе с ней её переживания, но нет - он поднял ее слова на смех, сказав, что это всего лишь плод ее бурного воображения.

Анна закрыла рот, передумав продолжать, но заметив в глазах гостьи неподдельный интерес и добрую улыбку, вдруг решилась:

- Меня что-то тревожит, словно... Я даже не знаю, как объяснить! - она тряхнула головой, подошла к окну, отдернула белоснежный тюль, смотрящийся нелепо на пожелтевших от времени рамах.

- Вот и Маша любила у окна стоять. Бывало, часами сидела на этом подоконнике и смотрела в окно.

- Серьезно? - Аннушка обернулась, провела рукой по волосам, откинув их назад - скорее по привычке, нежели по необходимости. - Я слышу ее голос по ночам.

Девушка замерла, ожидая увидеть усмешку на лице старухи, но та, казалось, ничуть не удивилась и она продолжила:

- И пение слышу и звуки гитары. Скажите, она любила петь?

Соседка пожала плечами:

- Отец ее хорошо пел и на гитаре играл, а девчонка... - Анна Кузьминична задумалась. - Да Бог ее знает, что она любила! Никому же дела до нее не было.

- Я очень хочу узнать ее историю, мне кажется, только тогда я смогу спокойно здесь жить. А до тех пор, она не оставит меня в покое.

Анна Кузьминична согласно кивнула, прошептала еле слышно:

- Есть у меня кое-что.

Анна вскинула голову, любопытно посмотрела на гостью светлыми глазами.

- Думала выкинуть, да рука не поднялась. Тетрадь нашла Машкину, когда вы мебель отсюда выносили.

- Мы не выносили. - Анна нахмурилась, сообразив, добавила: - Это риэлторы перед продажей, видимо.

- Ну, наверное. Так вот выпала из тумбочки тетрадка эта, на ступеньках в подъезде лежала, а я взяла.

- Что за тетрадь?