Читаем (Не) отец моего малыша полностью

На протяжении целого дня мне хотелось спать, рыдать, и избавиться от противных спазмов в желудке.

Когда я поведала лучшей подруге историю, мне стало ещё хуже.

Хорошо, что я до сих пор не заказала ужин. Иначе, не прошло бы и минуты, как он отправился бы обратно в тарелку.

– А что дальше… – Схватила салфетку, промокая наворачивающиеся на глаза слёзы. – Дальше была конференция. И там, я увидела Артёма. Точнее, Кирилла.

Шлепок.

Катя, зарычав, со злости треснула кулаком ни в чём не повинную столешницу.

Гости кафе, устроившиеся за соседними столиками, все как по команде обернулись на источник шума.

– Урод конченный! Полный мандец! Я в шоке! Да что там в шоке! В ах*e полнейшем! И ты молчала?! Целый месяц ни слова! – Катерина треснула кулаком по столу, схватила рядом стоящую рюмку, до самых краёв наполненную прозрачной жидкостью, и залпом опустошила.

Когда это Катя успела заказать спиртное?

Я не заметила. Ещё бы. Потому что снова была вынуждена окунуться в адскую пучину боли.

– Простите, дамы! У вас все в порядке? – за моей спиной раздался голос официанта.

– Две рюмочки ещё принеси сюда. Давай. – Подруга щелкнула пальцем.

– Простите, но вы…

– Живей, родной! Или досье на тебя в книге жалоб настрочу.

Мальчишка-официант быстренько испарился.

Люблю я Катю. Сильная она женщина. Боевая. Старше меня на восемь лет. Трое деток. Мне бы у нее поучиться. Со своей-то неуверенностью и застенчивостью. Да вот не знаю как.

Я всегда чувствовала себя беззащитной и уязвимой. Как хрупкая лилия, окружённая колючим сорняком. Недаром ведь мама назвала меня в честь цветка.

Когда впервые взяла на руки своё новорожденное дитя, в личико моё взглянула… и прошептала с радостью, с умилением в сердце: «Малышка. Как цветочек. Красивая, нежная хрупкая. Моя Лилия».

Дедушка, после родов, в палату ей цветы принёс. Белые лилии. Она на них посмотрела и сразу же решила, что назовёт меня в честь любимого растения.

Когда официант принёс Кате ещё две рюмочки «беленькой», она, приглушив напряжение в нервах, потребовала, чтобы я рассказала историю до конца.

Мне уже, честно, было достаточно боли. Меня мутило. Глаза болели от слёз.

Но я понимала, что всё же, нужно выговориться. Нельзя держать дрянь в себе.

Исповедавшись, мне действительно немного полегчало.

– Через день, в конференц-зале отеля, состоялось торжественное мероприятие. Там собралось очень много народа. Я не хотела туда идти. Но должна была. Мне хотелось просто взять и уехать. Но до окончания отпуска оставалось ещё три дня, а лишних денег на билет у меня не было. Я просто не пережила бы снова, если бы ещё раз увидела наглую рожу Артёма. Особенно, в окружении очередной новой девицы. Ведь тогда я бы подумала, как мерзавец трахал бы другую. Как меня. А после траха осыпал бы её постель красными розами. Как осыпал мою позавчера. Поэтому и мечтала поскорее уехать.

До окончания отпуска, я не выходила из номера. Хорошо, что ко мне никого не подселили. Я плакала. Много плакала. Почти ничего не ела. И не понимала почему? Почему мне так больно? Я не хотела себя так чувствовать, но не ничего с этим не могла поделать. Сердцу не прикажешь. Я просто влюбилась в Артёма с первого взгляда. Его красивый образ, образ улыбчивого романтика, запечатлелся в моей памяти, прожёг моё сердце, ядовитой пиявкой въелся под кожу, казалось бы, на всю жизнь.

Эмоции были сильнее меня, сопротивлялись логике.

аковьшЕщё бы чуть-чуть, и я начала бы сходить с ума.

Сделала ещё один глоток остывшего напитка из ромашки, продолжив рассказ:

– На конференции я немного расслабилась. Но всё равно держалась особняком. Там было шумно и весело. Потихоньку я начала забывать о нахале с волчьими глазами, укравшем мою невинность. Пока… пока чуть было не лишилась чувств, увидев его на сцене. Да! Это был ОН! В дорогущем смокинге, с серёзным выражением лица, без тени улыбки! Я начала задыхаться, огромное помещение поглотилось тьмой! Может быть это его брат? Близнец? Первое, что пришло в голову, в качестве утешения. Нет. Его взгляд я запомнила на всю жизнь. И стан его тела. Осанка. То, как он здоровался. Не как обычные люди, а с присущим ему жестом – ладошкой вниз, когда протягивал руку для рукопожатия и приветствия. Так он и со мной поздоровался. На пляже. Тогда я не обратила на эту незначительную мелочь никакого внимания! Его глаза, его улыбка, сделали из меня слепую. Одурманили, затуманили, ввели в состояние некого транса. Люди, которые влюбляются до потери пульса, поймут мои ощущения. Вот и Артём. «Сын поварихи». Отчего-то поздоровался со мной так, как здороваются миллионеры, считающие себя выше всех.

Катя с сочувствием покачала головой. Казалось бы, она переживает похлеще меня. А может, уже напилась с горя.

– В начале мероприятия на сцену вышел Большаков старший. Тогда я впервые увидела генерального директора воочию. Он толкнул красивую речь, назвал имена лучших работников месяца, в том числе и меня. Зал дружно похлопал. А потом… Большаков пригласил на сцену своего сына, сообщив, что скоро компания «Bolshakov alternative technology» перейдёт в руки единственного наследника.