Читаем Не оставляя полностью

Я нескромно разглядывал её, чувствуя, что в горле слегка запершило. Даже язык онемел поначалу. Хорошо, что с красивыми девушками у меня вовремя проявлялось второе дыхание.

– Привет, Даш! Надеюсь, ты пришла не раньше меня, – наконец, собравшись, невозмутимо как уже старой знакомой ответил я на её приветствие, стремясь с самого начала показать ей на всякий случай абсолютную свою независимость, – показать это уверенно, может быть даже немножко небрежно, именно потому, что она всё-таки была назначена чему-то меня учить, а точнее заняться моим английским со всей серьёзностью и ответственностью порученного ей дела.

– Нет-нет, я только что подошла, – быстро ответила Даша и добавила, стараясь принять строго деловой вид, что очень рада нашему теперь уже и очному знакомству и что она, конечно, надеется на плодотворную работу со мной.

В эту минуту, глядя на Дашу, мне показалось, что примерно так говорят учителя в её учебном заведении, когда на первом уроке входят в класс и официально знакомятся с учениками, при этом всем своим видом дают понять, что скидок и поблажек никому не будет.

«Интересно, а будет ли учтён хотя бы мой статус родственника директрисы и то, что я приехал сюда всё-таки не зубрить лексические минимумы, а отдыхать и набираться на пляже солнечной южной энергии!» – всё так же, не сводя с неё глаз, подумал я.

Даша между тем открыла свою розовую сумочку, что висела на тонком длинном ремешке у её гибкой талии, и достала небольшую книжицу в мягком синем переплёте, название которой я не заметил, не придав этому значение. Мысли были о другом.

– А я тебя представлял совсем не такой, – тут же запустил я свою наживку, произнеся это к тому же с неприкрытой ухмылкой лишь для того, чтобы продолжить выбранную линию независимого поведения и выяснить её реакцию на это.

Но она не повелась на это. Я не услышал в ответ: «А какой же ты ожидал увидеть меня?» – что было бы прекрасной возможностью обсудить, к примеру, не только её красивые миндалевидные глаза, но и очевидные другие прелести.

Сдержанно улыбнувшись на мою реплику, она попросила взглянуть на книжку, которую открыла на первой странице. Только теперь я разглядел, что это был небольшой словарь английской фразеологии.

Тонкими пальцами она быстро отсчитала несколько страниц и заявила, что к первому занятию мне необходимо будет наизусть выучить отмеченные ею разговорные фразы и вдобавок к этому, подчеркнула она, я должен буду уметь их быстро и безошибочно писать в виде диктанта.

«Ничего себе!» – я чуть было не выронил этот разговорник на косматую голову одного из львов. «Даш, ты в своём уме!» – примерно так захотелось едва ли не сразу вскрикнуть от такого запредельного по моим меркам задания, отбросив весь свой политес и отшлифованный в дворовых дискуссиях утончённый стиль разговора.

С трудом взяв себя в руки и оглянувшись на проходивших в музей посетителей, точно надеясь получить у них поддержку, я как можно сдержаннее, но с лёгкой дрожью нарастающего протеста в голосе произнес:

– Даша! ты, кажется, хочешь невозможного… Я за все годы в школе столько не зубрил! Мне и одной страницы за глаза хватит, тем более что надо ещё как следует настроиться и вспомнить английский алфавит.

С алфавитом я, конечно, загнул. Но у меня тут же созрел план попробовать немного занизить уровень своего английского, как бы подзабыть его, чтобы хоть первое время не слишком напрягаться. Правда, забывать особо-то было нечего, если не считать несколько куплетов из битлов, которые я при желании мог воспроизвести под пару аккордов на дребезжащей гитаре. Впрочем, гитара осталась дома, а без неё вряд ли бы получилось что-то путное.

Несмотря на мой стихийный протест, Даша вручила мне разговорник примерно так же, как вручают букварь капризному отроку, напутствуя и поощряя его ободряющей улыбкой, и заверяя, что на первый раз запомнить с полсотни английских фраз совсем не трудно. Наверно, она следовала какой-то методике, говоря, что завтра мне нужно будет с утра, как только встану, не спеша прочесть вслух отмеченные ею фразы, затем записать их на бумаге, а днём и перед самым сном всё повторить в том же порядке. А занятие со Стелой Александровной, назначенное мне тётушкой как раз на завтрашний день, о чём я быстро напомнил Даше в надежде существенно сократить непосильное задание, помехой не будет. «Потому что, – заявила она убеждённо и очень уверенно, – десять минут утром, а также днём, не говоря уже о вечере, всегда можно найти в своём свободном времени».

«О, моё свободное время!» – я патетически закатил глаза и картинно схватился за голову, изображая приступ отчаяния. Но и эта короткая пантомима с пафосным звуковым сопровождением не подействовали. Видать, тётушка хорошо проинструктировала свою лучшую ученицу на счёт возможных моих импровизаций, как и на все случаи жизни.