Я поняла, что у нас именно третий вариант, когда узнала, что Эля уже пыталась покончить с собой. Она уже перешла эту грань. Она уже решилась. Это самое страшное. И чудо, что она все еще была жива, что мы могли ее спасти. Все еще могли.

Честно скажу, меня саму пугали все действующие лица этой истории. Артур действительно мог пойти на любое преступление и чувствовать себя безнаказанно. Вступая в эту игру, я тоже рисковала. Рисковала и Полина, и Лиля. И, конечно, Марат… Наверное, я бы даже нашла ему оправдание, если бы он отступился. У парня есть мать, для которой он единственный светоч в жизни. Он имеет право на свою жизнь, а не на проблемы посторонней девочки. Никто со стороны не знает степень глубины чувств одного человека к другому, поэтому и нельзя судить. Наши эмоции – это слишком сложная субстанция, чтобы категорично навешивать ярлыки. К тому же я сама с трудом представляла, какое решение их сложной истории можно предложить. Пугала перспектива кровной мести, что ребятам могут просто отомстить…

Марат внимательно выслушал меня. Глубоко вздохнул, решительно поднял на меня голову и произнес:

– Я знаю, что нужно делать. Это единственный выход. Рассчитываю, что вы сможете нам в этом помочь.

Глава 14

Спустя сутки я сидела в кабинете у шеф-редактора одного из главных информационных агентств страны, пряча подрагивающие руки под столом. Мы уже дослушивали видеозапись исповеди Элины на телефоне, когда в кабинет постучались и на пороге показался Марат.

– А это жених, – ответила я, поясняя на ходу детали этой истории.

Мужчина с циничным взглядом, спрятанным за очками с антибликовым покрытием просканировал парня и пригласил внутрь.

– Вы готовы пообщаться на камеру? – спросил он, переходя к сути. – Марат, просто из-за сложности ситуации я снова должен спросить вас об этом. Вопрос не из простых. Знаете, даже среди европейских мужчин немало тех, кто не желает афишировать изнасилование своей женщины, а у вас… Вы же понимаете, здесь вопрос не только безопасности Элины. В вас тоже потом пальцем тыкать будут. Я просто не первый раз пишу про Кавказ. Знаю я, что такое будет. У вас языки злые. Их укусы больнее жалят, чем само насилие.

– Это была моя идея и я не отступлюсь, – зажимая кулаки, ответил Марат тихо, но уверенно. По-мужски. – Покажут по федеральным каналам- не тронут они нас. Кишка тонка. И не стыдно мне. Стыдно должно быть тем, кто заставляет молчать. Равнодушные такие же преступники. Но их преступление страшнее – оно длится не минуты, а годы. Напитывается ядом и болью, от которой никуда не убежать. Моя Элина не будет молчать. Она смелая девочка. Раз она так ради меня рисковала, я ради нее глотки им перегрызу. И вообще, надо, чтобы слышали о таком. Хватит уже тихушничать. Может, эта история поможет кому-то еще.

Так про историю Элины Сабиновой узнала вся страна…

Мы еще полгода работали с ребятами. Иногда по интернету, иногда я приезжала. Ребята все-таки переехали к нему домой. Мама Марата приняла их очень тепло. Оба перевелись в местный университет – благо, что баллы были очень высокие и после столицы их взяли с распростертыми объятиями. Со своими родными Элина больше не общалась. Пока. Возможно, что-то изменится. Знаю, что и такое бывает. Все-таки сердце родителей начинает болеть. Рано или поздно тают даже самые высокогорные ледники. Артур со своей семейкой на их пути больше не встречался. Да и у него прибавилось головных болей. В СМИ просочилась информация о его семье. Под них начали копать. Дело федерального значения было не скрыть взятками, тем более с такими масштабами гласности. В такой ситуации трогать Элину или Марата- писать себе чистосердечное признание во всех грехах, а их вскрылось немало- и торговля наркотиками, и незаконные казино, и бордели…

Обиднее всего, что хейт был и в отношении Элины и Марата. Мракобесы-моралисты добрались и до них, обвиняя в бесчестии и попрании святых традиций. Здесь моя помощь как раз и пригодилась. Я учила ребят, выросших в мире, где мнение постороннего было важнее собственного благополучия, переступать через эти условности. Это было непросто, даже посложнее, чем избавлять от страшных фобий и закрывать гештальты. Но мы в целом справились. Благо, что тех, кто поддержал молодых, стало больше. В СМИ их так и прозвали «Кавказские Ромео и Джульетта со счастливым концом».

Конечно, счастливый конец бывает только в сказках. Впереди будет много дождей. Мы все это понимаем, но родные люди на то и нужны друг другу, чтобы помогать и подстраховывать. Элина получила инвалидность после случившегося. И теперь всю жизнь будет жить на таблетках. Но она все равно не жалеет о поступке.

– Все сложилось так, как должно было случиться. Если бы я не пырнула себя, то возможно, и не вырвалась на волю, и не заговорила бы. А так я и свое счастье обрела, и другим помогла поверить в себя. Значит, такой была моя судьба… – заключила Элина, глядя в окно, в которое барабанили крупные капли дождя. А я заметила, как сильная рука Марата сжала её худенькую, бледную ручку.