Читаем Не моя война полностью

— Сергей. Какое училище заканчивал? Откуда сам?

— Из Кемерово, Кемеровское связи окончил.

Я вкратце ему рассказал про наши злоключения. Тем временем из люка механика-водителя выпрыгнул ещё один молодой офицер. Шлемофон у него был сбит на затылок, в зубах сигарета, руки в масле, познакомились — Василий.

Оба они окончили Харьковское танковое училище, с разницей в три года. Экипаж был белорусский. Но другие экипажи, по их словам, были интернациональные, но все славянские. Командовал ими бывший комбат — Михайлович. Почти все прошли Афганистан, Михайлович отпахал там два срока — четыре года, трижды горел в танке. У него во время кровавой бойни в Баку азербайджанцы убили всю семью, жену и двух сыновей. Над женой надругались перед смертью. Ни одной фамилии они не называли.

Тем временем подтянулась армянская пехота. Но танкисты их отправили дальше прочёсывать деревню.

Я закончил свой рассказ.

— Ну, мужики, про вас рассказы писать надо, — присвистнул Василий.

— У вас у самих всё то же самое.

— Нет. Мы наёмники, работа — сдельно-премиальная, ну, естественно, оклад тоже присутствует. Идём к нам.

— Нет, мужики, навоевался я здесь до рвоты, мне домой надо, да и насмотрелся я на то, что армяне творят, ничуть не лучше азеров. Своих же христиан-молокан убивают. И те и другие — козлы вонючие.

— Согласен.

— Помоги нам смотаться отсюда.

— Олег, вам к нам нельзя. Армяне распустят вас на полосы, а из мошонок сделают кошельки для мелочи. Уходи, и своих людей уводи. Это единственное, что мы можем сделать.

— В Азербайджане остались наши войска?

— В Баку не знаю, но на Насосной аэродром ещё наш. Из Ставки сделали Министерство обороны. Да и в окрестностях Баку также ещё есть наши части, но уходите быстро.

— Нам бы только документы забрать и вперёд. Подбросите до штаба?

— Садись на броню, зацепят — не обижайся.

— Поехали! — с помощью Серёги я забрался на танк. — Только башней сильно не крути, а то сбросишь.

— 84 —

Минут через десять мы подкатили к школе, где размещался штаб. Там только начиналась перестрелка.

— Ну, всё, Олег, приехали, сгружайся.

— Связь у тебя со своей пехотой есть?

— А то.

— Скажи им, чтобы дали минут двадцать, и мы уберёмся, а всё остальное ваше. Вам же тоже трупы не нужны.

— Годится, — Серёга нырнул в башню, я слышал, как он с кем-то поговорил там, потом забубнил в гарнитуру. Вынырнул из башни. — Якши. Иди.

— Что с пленными сделаете?

— Что обычно, — Серёга пожал плечами, — армяне расстреляют. Нас это не касается. Ну, всё, прощай! Удачи!

— Счастливо! — я спрыгнул с брони и помчался к школе.

— Пока бежал, кричал:

— Мужики! Не стреляйте! Свои! — огонь стих с двух сторон.

— У нас двадцать минут чтобы удрать, потом хана.

— Он лжёт! — послышался голос из темноты.

На свет вышел мулла, он был с автоматом.

— Мы не уйдём! Если угодно Всевышнему, то мы погибнем, но не уйдём, — начал орать он, при этом поднимая автомат. — Это всё из-за вас, русские собаки!

Но он не успел закончить, автоматная очередь швырнула его вперёд. Мулла раскинул руки, автомат отлетел в сторону, в темноту, сам же он упал лицом вниз. Стрелял Виктор. Он подошёл к мулле и выпустил остатки патронов в спину лежащего муллы, потом отстегнул магазин, выбросил его и вставил новый.

Я ждал, что сейчас мусульмане нас расстреляют. Приготовился к атаке. Весёленькое дельце. За спиной армяне наблюдают за нами, время капитуляции истекает, тут воины Аллаха готовы нас убить из-за своего придурочного муллы. Но никто не дёрнулся.

— Вовка подогнал БМП, только БК почти нет, давай заберём сейф, Нуриева и дёру. Эй, чего стоите! За штабом БМП — грузитесь, мы сейчас с Маковым комбата притащим.

Мы забежали в школу. Комбат был пьян, лишь таращил глаза, ничего не понимая. Витька с Сашкой взвалили тушу комбата и потащили к выходу, тот вяло переступал ногами. Я кряхтя взвалил на спину сейф и пошёл следом, время ультиматума таяло.

— Витя, на хрен тебе комбат, кончай его, — орал я сзади, обливаясь потом и воротя нос от запаха, который исходил от жирного, давно немытого пьяного тела Нуриева.

— Подожди, Олег, он у нас живым щитом будет, когда прорываться будем. Но запомни — он мой. За Аиду. Понял?

— Понял.

— Жаль, Мудака нет рядом. А то бы комплект был полный!

Вышли мы через заднюю дверь школы, там уже подгазовывая стояла БМП, из люка механика-водителя торчала Володина голова.

— Мужики, быстрее! Нафиг эта свинья вам сдалась? Сейф хоть взяли?

— Взяли. Олег корячится с ним.

Дверь десанта распахнута, оттуда люди подают руки, принимают жирное, мягкое, склизкое от пота тело комбата. Потом мы залезли на броню, там тоже были люди, они помогли нам подняться наверх.

— Поехали, Вовка, поехали! — заорал Сашка.

Взревел мотор, машина дёрнулась так, что чуть не скинула нас наземь. И тут же началась стрельба. Не хотели армяне, чтобы мы уехали на БМП. Пешком — пожалуйста, а вот на бронемашине — нет.