Поэтому, кстати, влияние наблюдателя на объект наблюдения чаще всего очевидным образом проявляется в мелочах. О мелочах обычно никто не парится. Никто не боится, что в небе не появится облако в форме дракона, грубо говоря. Нет ни страхов, ни сомнений, следовательно, нет помех, канал связи работает, и мир заполняется выдуманными нами мелочами, чудесными совпадениями этэцэ. (Но как только такая чудесная мелочь становится нужна, чтобы впечатлить важного тебе человека, если ты не великий мастер контроля, хрен тебе.)

Другой вариант – те редкие случаи, когда страсть сильнее страха. Я имею в виду, когда сила желания больше, чем страх, что оно не сбудется. Это огромная редкость; тут очень помогает опыт: если один раз так получилось, и ты запомнил, в следующий раз больше шансов упереться рогом и изменить мир. Но и всякое поражение кладёт на лопатки, если нет специальной выучки (а у кого она тут есть?)

Поэтому не поможет нам в этом вопросе никакая логика. Просто некуда её применять. Вместо фактов по этой интересной теме в нашем распоряжении всегда оказывается только нечто смутное и неопределённое (в лучшем случае). И естественный скептицизм: если вчера что-то этакое было, а до этого три года ничего такого не было, и сегодня нет, значит вчера была случайность. Это разумный вывод, вот в чём ужас. Гораздо разумней, чем «я тут царь и бог». А чтобы сделать ещё более разумный вывод: вчера я был в состоянии «царь и бог», как бы в него снова прийти, – нет ни знаний, ни опыта, ни культурного контекста. Всякий, имеющий опыт осознанного контакта с реальностью (влияния на реальность), невообразимо культурно одинок. До такой степени, что держаться за свою правду равно выбрать безумие (то, что считается безумием, в лучшем случае, просто житейской глупостью).

Вот так примерно обстоят наши дела.

Мифы и легенды

– Какие тут порции большие.

– Ну ничего, как-нибудь съешь. Ложечку за князя, ложечку за волка…

– Ложечку за Лиздейку[3]…

– Нет. За Лиздейку всегда надо две ложечки. Он колдун, ему надо много есть. Ну и вообще это нормально, что психоаналитик князя в два раза богаче, чем сам князь!

Можно и так

В оттепель у меня всегда рвёт крышу, примерно как от тройного коктейля «белый медведь», шампанского с водкой, только можно не блевать, поэтому сразу начну с середины, оставив при себе нарративную первую часть (про внезапно обрывающиеся в месте, откуда можно только взлететь, следы на чистом, выпавшем за ночь снегу, отражение в зеркале в подворотне, случайную встречу на улице, и ещё одну).

Начну с того, что можно, оставаясь вполне человеческим человеком, оборудованным всеми этими вот потрохами, пребывать в пространстве мифа со своими, отличными от привычных законами, в первую очередь, причинно-следственных связей, но и законы материи в пространстве мифа тоже немного отличаются от привычных. Не фантазировать, а деятельно, физически в нём пребывать; вряд ли, конечно, двадцать четыре часа в сутки (организм тупо не выдержит), но на пару-тройку часов ежедневно туда входить (выходить).

Можно и даже легко (гораздо легче, чем обходиться без жизни в пространстве мифа), но на самом деле, почти невозможно, потому что всё решает расстановка приоритетов, всем всегда рулит она. И тут хрен обманешь, приоритеты такие приоритеты; то есть, себя обмануть конечно же можно, а Небесную Канцелярию – нельзя.

Я хочу сказать, что почти для всех (и это натурально разбивает мне сердце) расстановка приоритетов такова: сначала благополучие, то есть, еда и любовь (читай: выживание, безопасность, продолжение рода), а потом уже, в рамках культурного досуга благополучной особи, всё остальное, ну то есть, вся эта ваша насыщенная духовная жизнь в пространстве мифа, давайте, мы согласны, берём.

Ну и в итоге сосут… ээээ… моржовый экзистенциальный кризис восемнадцать плюс. (Мне можно ругаться, я не надменный обитатель высших небес, наблюдающий всё вот это вот в театральный бинокль, а лицо пострадавшее: я среди вас живу.)

Я хочу сказать, что при такой расстановке приоритетов, не будет не только никакого пространства мифа, вожделенного благополучия тоже не будет, вернее, будет, но не у всех, а у наиболее приспособленных особей, остальным – что останется, как в дикой природе. Интересы вида такие интересы вида, кто их обслуживает тот – адская сатана, в смысле, бедный заяц с неплохими шансами выжить и даже дожить до старости (в цивилизованном обществе), но практически без шансов на настоящую жизнь.

Когда я говорю о расстановке приоритетов, я имею в виду вот что.