— Провожу, — он никогда не спрашивает. Просто берет и делает молча. Я понимаю, почему та Кристина так липла к нему. И я уверена, она не одна такая. Лёша очень хороший, хоть и сам не осознаёт этого. Он не считает себя джентльменом, но как по мне, — он самый настоящий. Ведь не замечает мелочей всяких. Даже таких, как банально открытая дверь. Он всегда это делает, но не придает значение. А мне приятно очень. И почему-то мило каждый раз, до улыбки.

Мы едем в лифте, о чем-то болтаем, а когда выходим на моем этаже и идём по коридору: замолкаем. Потому что у квартиры моей стоит какой-то амбал. Чуть пугаюсь, но иду дальше. С Лёшей ведь, с ним ничего не страшно.

А амбал реально здоровый. Визуально чуть ниже Лёши, но широкий настолько, что входной двери практически не видно из-за него.

— Ты кто такой? — спрашивает Лёша, прищуриваясь, и быстро отодвигает меня за свою спину.

— Я телохранитель. Дарья, меня нанял Юрий Николаевич, со мной вы будете в полной безопасности двадцать четыре часа в сутки. А вас, Алексей, я попрошу отойти на безопасное расстояние. Был указ вас к Дарье не пропускать. Не заставляйте применять силу, первое предупреждение пока на словах, — говорит амбал точно робот, и отходит вправо, дав мне возможность зайти в квартиру.

Руки трясутся от шока.

Во-первых, я в ужасе…

А во-вторых… в каком смысле Лёше нельзя ко мне приближаться? Какого черта?! Что происходит вообще?

Глава 18. Даша

Я стою у двери и не могу заставить себя войти в квартиру, потому что ситуация абсолютно идиотская. Стоит какой-то шкаф, смотрит на Лёшу, говорит, что ему приближаться ко мне нельзя… Это что ещё за новости такие? И как после всего, что Чудовище сделал для меня, я должна спокойно согласиться с этим, повернуться к нему спиной и уйти? Бред какой-то…

— Какой ещё телохранитель? — задаю глупый, наверное, вопрос. Потому что он сразу представился ведь. Папа нанял его, что за шутки такие, к чему самодеятельность?

Да, мы повздорили немного, когда Лёша меня домой привез, а в квартире оказался папа. Я нервничала из-за того, что он выгнал Вольта в подъезд, папа кричал, что шавке в квартире не место, а потом я на эмоциях рассказала ему всё о том, что меня преследуют, и что он должен не о собаке в квартире заботиться, а обо мне. Желательно.

Он сразу предложил нанять мне охрану, и конечно я отказалась! Что за бред? Я что, королева Елизавета? Ну какая ещё охрана? Я сказала папе, что есть сосед Лёша, который мне помогает иногда, и что с ним я чувствую себя в безопасности, но он что-то пробормотал себе под нос, а в итоге и вовсе уехал. И не позвонил ни разу. Но я даже предположить не могла, что он правда наймет мне охрану! Это идиотизм!

Стою смотрю на него, а потом перевожу взгляд на Лёшу. Первый как робот стоит, я даже не понимаю, живой ли он вообще. Эмоций ноль, ну кукла, точно.

И Лёша. Психует опять, кулаки сжимает, смотрит на этого недоверчиво.

— Даш, позвони отцу, надо точно знать, что он тебе ничего не сделает, а будет реально охранять, — говорит Лёша, и у меня мурашки по затылку бегут. А правда ведь. Он постоянно будет рядом? И ночью? А если он сам маньяк какой-то? Как-то от мысли, что рядом постоянно будет незнакомый мне мужик размером с сарай, легче вообще не становится.

Делаю пару шагов назад, к Лёше, с ним спокойнее, я на уровне подсознания к нему тянусь. Но как только сокращаю расстояние, меня за руку хватает амбал, имени которого я не знаю, и знать не хочу, и тянет обратно к двери, как нашкодившего котенка за шкирку.

— Руки убери от неё! — рявкает Лёша.

— Я предупредил, что ваше общение должно быть прекращено, а приближаться можно не ближе, чем на десять метров. Кому непонятно, объясню более доступным способом, — говорит робот, и поднимает футболку, демонстрируя пистолет за поясом джинсов. Приехали…

— Так, я срочно звоню папе, — вырываю руку из захвата и смотрю на Лёшу растерянно. Он просто наблюдает за происходящим, не уходит, не верит пока, что я в безопасности с этим телохранителем. А я тоже не верю! Как я могу чувствовать защиту, если вижу его первый раз и знаю, что у него пистолет? От этого ещё страшнее…

Набираю номер папы, а у самой руки дрожат. Сутки событиями не просто насыщены, они словно длятся уже целый год просто!

— Дарья, — звучит в трубке лаконичное и холодное. У меня даже мороз по коже от этого. Что происходит с моим отцом? С моим самым лучшим и любимым папочкой. Да, простым человеком он никогда не был, но то, что сейчас творится, это просто кошмар!

— Пап, это шутка какая-то? — говорю нервно, пальцы дрожат, и всё-таки немного отодвигаюсь от амбала, подходя к Лёше. Немножко. Мне так легче. — Скажи, что шутка!

— Я так понимаю, ты встретилась с Владимиром? — звучит отец невозмутимо, и я не верю своим ушам.

— С Владимиром?!

— Да. Это твой личный охранник, его зовут Володя, ему тридцать три года, он будет рядом до тех пор, пока тебе угрожает опасность, — отчеканивает отец таким же тоном робота, а я до сих пор поверить в происходящее не могу.