Двадцать седьмое сентября. Удивительно: по утрам в самом центре, когда словно со дна преисподней выбираешься из чрева подземки, на тебя порой веет океанским воздухом. Выходишь к зданию старой ратуши, ступаешь на потертые булыжники… а тебя обволакивает запах водорослей, ветра, океана. Впрочем, залив недалеко. И все же каждый раз это неожиданной подарок, сложенный из ветра и океанских запахов. Вокруг каменные коробки зданий, город словно весь съежился, сосредоточился на этом маленьком пятачке и весь уходит вверх, а не в пространство, как, скажем, на Невском или на стрелке Васильевского. Горизонта мне здесь не хватает. Но запах океана… Кажется, что это несовместимо с деловым, копошащимся пятачком работающего Бостона. Но пахнет водой, свежестью, простором, утром. Стоишь, задавленная этими коробками… фу, не хочу говорить небоскребов… чем-то мне эти мрачные здания напоминают неприятельские замки из фантастической повести моего детства из журнала «Пионер».

2

Они общались в чате. Люба лихорадочно оглядывалась по сторонам – вдруг кто заметит? Соблазн был велик. Вновь она стала писать. Говорила себе, что все это благодаря блогу, общению с N. Само осознание того, что на другом конце Америки есть еще одна женщина, подобная ей, уже не чужая, тоже пишущая, вдохновляло, как глоток вина – опьяняло.