Читаем Не драконьте ведьму! полностью

— Ох, как это несколько дней? — я суетливо задергалась, попыталась встать, но почувствовала головокружение и легла обратно. — Что это со мной?

— Ну так силу отдала же… Вот и свалилась.

— Всю?! — уставилась на лису в шоке.

— Ну, почти. Не волнуйся ты так — восстановится. И ложись давай, тебе в ближайшие месяцы больше отдыхать надо.

Я не обратила внимание на ее последние слова, но устроилась поудобнее. А бабка уселась в кресло, сунула мордочку в маленькую кожаную сумочку, закрепленную ремешком на брюшке, вынула оттуда любимую трубку и закурила.

— Разговор есть, — выдала она задумчиво, выпуская колечко серо-белого дыма.

— Бабуль… — тихо напомнила о себе, когда прошло минут десять в полном молчании.

— Т-ш! Не перебивай, когда старшие думают!

— Так ты думай и мысли мне в голову направлять не забывай, а то я тебя не слышу, — снова сладко потянулась.

Все таки у драконища отличная кровать. Удобная. Жаль, что последний раз в ней лежу — все ведь закончено. Колдуны побеждены, зачинщик найден, отбор тоже… того. Хм, что император там говорил? Что я его выиграла?

И в любви признавался?

Но ведь мне… все равно?

Я же настоящая черная ведьма и мое предназначение….

— Сойка! — рявкнули в моей голове.

— Чего? — буркнула.

— Ты чего там удумала?

— Что надо, то и удумала, — отвернулась. А потом, стиснув кулаки, выдавила, — Ну что, когда уходим? Ты уже решила, где нам будет безопасно?

— Какая же ты у меня маленькая, — посетовали ласково, — И как тебя оставить? Хотя с такими не страшно… Уж кто-кто, а император, принц и ректор в состоянии за тобой присмотреть…

— Погоди! — я аж села. — Что значит “оставить”? Что значит “присмотреть”?!

— Ты же любишь его? — спросила бабуля невпопад.

— Ну и что, — насупилась, — Это же не важно?

А у самой слезы на глазах появились.

Лиса только головой покачала и трубка смешно качнулась тоже.

— Я говорила тебе, что с драконами черные ведьмы не инициировались никогда?

— Говорила, но причин не назвала…

— Ну и к лучшему… Кто бы мог подумать, что так все обернется? — бормотала лиса, выпуская кольца дыма. А я не могла понять — мне она все это говорит, или сама себе под нос лепечет. — Ведьмы — они же гордые независимые создания, живут сами по себе, но ты не такая. Необычная из тебя черная ведьма вышла. Ну что ж…

— Бабуль, внятно сказать можешь?

— Сойвель! Ну ни как не научишься слушать и не перебивать! — почти строго прогремела бабуля, но лисьи глазки смотрели с нежностью. — В старых книгах ведьминских нас особо предупреждали об инициации такой. Потому что, попав в лапы дракона, черная ведьма перестает быть черной ведьмой…

— Чего? — изумилась, — Он в смысле… всю мою силу выпьет?

— Нет, тебя окончательно изменит, — мне показалось, что на этих словах меня по голове погладили. — И пусть я к этому ни сама не готовилась, ни тебя не подготовила, пусть будет так. По-новому. Ты заслужила своего счастья…

— Звучит как благословение. А черные ведьмы не благословляют ведь…

— Но мы с тобой почти последние… а значит можем делать, что хотим, — лиса закашлялась и кажется ухмыльнулась. — И мне пора. Пришло мое время. Душе охота отдохнуть с миром…

До меня доходило все с трудом.

— Как? А как же я? Неужели меня одну оставишь?

— Так я же сказала — не одна ты уже.

Да о чем это она?!

Эрна Гардарик вздохнула, затяжку поглубже сделала и такой плотный клуб дыма выдохнула, что полностью в нем исчезла, а когда дым рассеялся лисы уже не было. Только трубка ее на кресле лежала, с которой она никогда не расставалась.

И я поняла… Все поняла, наконец. И сердце наполнилось благодарностью и счастьем.

С постели поднялась, трубку в руках сжала, слезки с щек смахнула.

— Бабуля… прощай, моя милая. И спасибо тебе за все, — вздохнула и обернулась на шум в дверях.

В проеме императорской спальни застыл ее хозяин. Глаза золотые, бешеные, руки-крюки ко мне тянутся…

К себе прижимают.

— Очнулась, — выдохнули мне в макушку. И снова нахмурился и трубку выхватил, — Это что еще такое?

— Отдай! — испугалась, что он сейчас ее в пепел превратит. — Эта трубка, последнее, что у меня от бабули осталось.

— Но сама же ты курить не собираешься? — спросил сурово.

— Нет, конечно, — помотала головой. И взгляд отвела. На стенку посмотрела, на себя, полуголую, на кровать разворошенную. Только не на драконище, которое на меня глядело не мигая.

Впервые в жизни растерялась я и не знала, что сказать.

Голова кругом шла от всего произошедшего. И от вопросов — а дальше-то что?

Об этом я драконище и спросила.

Она улыбнулся… почти нормально. И ответил:

— Свадьба, конечно.

— К-какая свадьба?

— Наша.

— С-с чего бы это? Черные ведьмы ни разу замуж не выходили! Нет, я, конечно, не против быть с тобой, — заторопилась, видя как пальцы Эйнара Несдержанного сжимаются в кулаки, а глаза темнеют. И пропищала, — Но ведь для этого не обязательно замуж выходить!

— Мать моих детей будет носить императорскую корону! — прогремело на весь дворец.

Мать?

Какая мать?

Чьих детей?

И тут до меня окончательно дошло. И о чем бабуля говорила. И ощущения мои странные. И вообще…

Я на кресло быстро подставленное осела и потрясенно на драконище посмотрела.