Читаем Не было печали...(СИ) полностью

Он выписал на лист бумаги те предложения, в которых, по его мнению, должна была содержаться информация об адресах. И начал искать ассоциации между немецкими словами и возможными названиями городов и улиц. Он написал возможные варианты. Первый город был в Лифляндии. Вряд ли оттуда за Баллингом следовали аж до Затонска. Второй город в списке был… Малиновск — город в соседнем уезде с Затонском. На него нужно будет обратить особое внимание. Его, видимо, нарочный и имел ввиду, говоря, что едет в те края. Эх, не было бы курьеру по пути, Александр бы не отправил с ним пакет для Штольмана, и не было бы сейчас ситуации, которая могла испортить жизнь им с Анной. Абы да кабы…

Последние два города, если предположить, что догадки Штольмана правильные, были в противоположной стороне, Затонск был совсем не по дороге. Что если Баллинг приехал в Малиновск, остановился там, выполнил поручение и решил добраться до Затонска, а потом вернуться обратно и оттуда продолжить путь в другом направлении. Нужно будет проверить, не останавливался ли Баллинг там. А еще что и кому он вез в Малиновск, а также в два других города, где получатели так и не дождутся курьера.

Так, нужно будет поручить Коробейникову, чтоб он сделал запросы в эти города. Опомнитесь, Яков Платонович, какие поручения, если Вы не ведете следствие? Нужно доложить ему о своих выводах, а там Коробейников сам решит, что ему делать. С его, Штольмана, подачи, разумеется.

Коробейников выслушал Штольмана и восхитился его недюжинным умом. Это же надо, разгадать шарады с адресами из записной книжки! Яков Платонович скромно ответил, что это обычная сыщицкая работа, а себя мысленно отругал за то, что совершенно распустился ночью и упустил время. Неужели Анна права, что если она уедет, а он будет переживать возможные нанесенные обиды наедине с самим собой, без ее слов утешения, ласковых прикосновений… без ночей, как сегодня… он пойдет в разнос? Нет, такого он не может себе позволить. Он обязан будет держать себя в руках. Иначе на его карьере можно будет ставить жирную точку.

Все телеграммы были отправлены, оставалось только ждать ответов. Первым ответ пришел из города, в который Баллинг должен был ехать после Затонска. Штольман правильно угадал адрес, там находилась контора купца. Этот купец ожидал довольно крупную сумму денег, данную в долг одному Остзейскому дворянину, с которым как-то свел знакомство в Москве. Из-за такой суммы действительно кто-то мог решиться на ограбление. Адресат в последнем городе вообще ничего не ожидал получить. Наоборот, у него Баллинг должен был забрать бумаги и отвезти их в Петербург. Что ж, не так много, как хотелось бы, но лучше, чем вообще ничего.

========== Часть 7 ==========

Из участка Штольман пошел прямо к Мироновым. После сегодняшних новостей разговор откладывать было уже нельзя.

Мария Тимофеевна, судя по всему, еще не была в курсе нового положения зятя, поскольку приняла его радушно. Только спросила, почему он пришел без Анны. Штольман ответил, что у него было дело к Виктору Ивановичу. Мария Тимофеевна проводила зятя в кабинет мужа и оставила мужчин наедине.

— Виктор Иванович, разрешите? У меня к Вам имеется разговор.

— Конечно, Ваше Сиятельство, проходите. Благодарю, что оказали мне честь своим визитом.

Штольман сделал вид, что не заметил издевки. Он пришел сюда не затем, чтоб все еще больше усугубить.

— Виктор Иванович, прежде всего я пришел извиниться. За то, что вел себя неподобающе по отношению к Вам и к Анне тоже. С Анной мы, слава Богу, помирились, у нас все хорошо. И с Вами я бы тоже не хотел оставаться в ссоре. Я уважаю Вас, и Ваше отношение ко мне много для меня значит. Я еще раз прошу прощения за свое недостойное поведение.

Миронов почувствовал себя неловко. Штольман начал прямо с извинений, а сам он встретил его колкостью.

— Яков Платонович, но ведь и я был не лучше. Обвинил Вас Бог знает в чем без всяких на то оснований. Только из-за каких-то глупых предположений, которые вообще непонятно откуда взялись… Просто для меня все было так неожиданно, что в голову почему-то полезли те дурные мысли. Правильно Анна сказала, что подозревать человека по крайней мере непорядочно. Так что и Вы примите мои извинения. По рюмке за примирение?

Штольман был готов выпить и больше, радуясь, что ссора так легко закончилась.

— Виктор Иванович, я хочу Вам рассказать о себе, ведь Вы вообще ничего про меня не знаете, хоть мы теперь и родственники.

— Я могу задавать вопросы?

— Извольте. Я Вам отвечу на те, ответы на которые знаю. Пожалуй, начну с самого начала. Я — сирота. Моя мать умерла, когда мне было пять, отцу я был совершенно не нужен. Он отправил меня в пансион, когда мне было девять, и больше я его никогда не видел. Он умер, когда мне было девятнадцать и я заканчивал Императорское училище правоведения. Родственников у меня вообще не было. Все эти годы я был один, сам по себе. Один, пока не встретил Анну.