Читаем Назло громам полностью

— Ну… — словно чревовещатель произнесла Паула, — теперь нам не избежать встречи с ней. Что скажете, сэр Джералд? Вы собираетесь сейчас предъявить ей ваши обвинения в убийстве?

Хатауэй ничего не ответил.

— Ну что? — прошептала Паула, подергивая его за рукав. — Или, как говорит мистер Иннес, это дело полиции, а не ваше?

Ответа снова не последовало.

Застигнутая врасплох, Ева Ферье смотрела на них с нескрываемым испугом и тревогой, но ее приход явно был связан не с ними. Яркий свет высвечивал каждую черточку ее лица.

Вряд ли можно было назвать трагедией то, что когда-то знаменитое на весь свет своей красотой лицо больше не походило на улыбающийся облик двадцатилетней давности, — так считают только излишне романтические особы. И все же для них стало шоком ныне дряблое и опустошенное лицо. И она это явно понимала.

Миссис Ферье по-прежнему была очаровательна или, по крайней мере, казалась такой, когда брала себя в руки; ее тело осталось все таким же красивым — разве что чуть-чуть располнело, да и вообще в целом она выглядела очень даже привлекательно. Однако Брайан подумал, что появилось нечто, не имеющее отношения к дамскому салону и не поддающееся определению, что портило это лицо, искажая его черты. Возможно, трагедия заключалась в неспособности этой женщины с достаточной выдержкой воспринимать реальность.

Мгновенное замешательство прошло. Придя в себя, Ева улыбнулась и устремилась вперед с почти убедительной легкостью:

— Паула, дорогая! Как очень славно снова встретиться с вами! Это ужасно мило с вашей стороны после того, как у меня хватило глупости написать то письмо.

— Это вовсе не глупо, — ответила Паула, быстро поднимаясь по двум мраморным ступенькам навстречу Еве. — Кому понравится, когда о нем болтают столько вздора и нелепостей, — любому это было бы неприятно!

— Да, именно так я себя чувствую — тут я полностью согласна с вами, но ничего не могу с этим поделать. Как это ни покажется странным, — ее красивый голос зазвенел, — но все обстоит именно так. Однако очень славно встретиться с вами. Или я уже это говорила? А это, кажется, мистер Хатауэй? О, прошу прощения! Я хочу сказать — сэр Джералд, не так ли?

— К вашим услугам, мадам, — произнес он. Лицо его по-прежнему было бледным.

Ева, стоявшая на ступеньках, застыла в нерешительности.

— Надеюсь, я могу на вас положиться, — неожиданно спросила она, обратившись к Пауле.

— Безусловно, и вы это знаете!

— Да, конечно. Дорогой сэр Джералд! — Блеск и сияние исходили от слишком светлых волос Евы, а когда она протянула к нему руки, голос ее зазвучал вполне искренне. — Наша последняя встреча была омрачена страшно неприятным событием. Мне не хотелось бы снова волновать вас. Знаете что, давайте не будем больше вспоминать о тех днях, договорились? Надеюсь, вы не собираетесь утверждать, что я кого-то отравила, не так ли?

— А почему вы решили, что я могу это сделать, мадам? — спросил Хатауэй, внимательно глядя на нее.

«Спокойно!» — подумал Брайан.

— Ну, другие-то делают, — смеясь, произнесла Ева и, оглянувшись, обвела глазами фойе. — Я… я пришла сюда, чтобы найти Десмонда. Так глупо и нелепо быть влюбленной в собственного мужа после стольких лет совместной жизни, правда? Наверное, это ужасная дикость, но это так. Вы меня понимаете, Паула?

— Думаю, да.

— Вот что я хотела сказать. Я намерена быть очень серьезной, сэр Джералд, — объявила Ева, — и очень скоро вы сможете в этом убедиться. Мне вовсе не хотелось прерывать вашу беседу; кстати, я, кажется, никогда раньше не встречала здесь этого джентльмена. — Ева посмотрела на Брайана, и попутно ее взгляд упал на диван, где лежал раскрытый альбом.

Он с ужасом взглянул туда же, но, к счастью, обнаружил, что альбом закрыт, — очевидно, Паула незаметно успела это сделать. Брайан представился:

— Я — друг отца Одри Пейдж, миссис Ферье.

— Одри? Ах да… Слышала, что и она была здесь. Этому-то я не удивляюсь, а вот встретить здесь всех вас… — Улыбка Евы была поистине магнетической, но все остальное — расцветка платья, макияж и целый ряд других неудачных деталей — казалось совершенно неуместным для женщины, которая, как считалось, обладала хорошим вкусом. — Ну ладно, а теперь серьезно. Я не стану спрашивать, что вы делаете в этом отеле, но спрошу вот что: вы пренебрегаете мной? Вы все пренебрегаете мной? Вы все же решили не ехать на виллу «Розалинда»?

— Вы обращаетесь ко мне, мадам?

— Если вам угодно — да.

— Миссис Ферье, вопрос заключается в том, по-прежнему ли вы хотите, чтобы мы туда приехали? Мисс Кэтфорд старается помочь вам, я же — нет.

— А с чего это вы должны мне помогать? Я на это и не рассчитывала, но иногда нам может что-то понадобиться друг от друга, не так ли?

— Ну, если вы так ставите вопрос!.. — пожал плечами Хатауэй.