Читаем Наука чудес полностью

Норд тихонько сообщил, что четвёртый из команды не одолел испытание, но трое показали отличный результат. В итоге команда всё же прошла полностью, по среднему баллу. Я с интересом посмотрела на магов: получить на предварительном отборе такую оценку, чтобы вытащить провалившегося? Это внушало уважение. И опасение.

– А кто из них провалился-то? – деловито уточнил Гальего.

Я покосилась на разминающего пальцы мага с лёгкой неприязнью:

– Решил проскочить по-быстрому?

– Для тебя, ущербная, стараюсь, – холодно улыбнулся маг. – Точнее, для команды. Ты же наше слабое звено.

Я поджала губы: возможно, он прав. Я понятия не имею, что с моим уровнем. Почесала приподнявшую мордочку Кляксу, и посмотрела на спящего на широких плечах Норда рыжего котейку. Лучик очень достоверно прикидывался меховым воротничком, который весьма шёл темноволосому магу. Мардарий посмотрел на меня и нахмурился. Я поняла, что слишком долго любовалась магом, и потому, опустив голову, быстро отступила.

Суровая женщина в строгом костюме подошла и раздала нам чёрные папки. Я открыла свою и недоумённо уставилась на белый лист. Покрутив карандаш, вновь оглянулась на Норда.

– И что теперь?

Гальего скривился, а Сакс бесцеремонно влез между мной и Мардарием и, повернув меня за плечи, кивнул на площадку:

– Видишь нарисованные круги?

– Трудно не заметить, – недовольная тем, что объясняет не Мардарий, проворчала я. – Мишень, здоровая такая, хоть из пушки пали. Причём с самой луны! Не промажешь.

– Пушки нам не нужны, – весело проговорил Сакс. – Лишь знания и капелька везения. Сейчас состоится жеребьёвка, и как только будут выбраны первые противники, они выйдут в середину, чтобы получить задания.

– Если это будешь ты, молись, чтобы достался тот слабак и простое задание, – ехидно добавил Гальего.

– Она справится, – уверенно проговорил Норд и, пристально посмотрев на меня, приподнял брови: – Ты же помнишь? Магия – это наука. Не бойся сильного противника, смотри лишь на задание. Там будет указан сектор, куда ты должна встать, и формулы для расчёта схемы. По истечении пяти минут прозвенит гонг и ты метнёшь в противника схему.

– Прямо взять и метнуть? – удивилась я. – А что, если он пострадает?

– В идеале, так оно и должно быть, – подмигнул Сакс. – Это чистая победа и максимум очков.

– В худшем случае свалишься ты, – недовольно нахмурился Гальего. – Чистая победа и максимум для противника! А мы в пролёте.

– И первое, и второе редкость, – осадил друга Норд и внимательно посмотрел на меня: – Но на всякий здесь дежурят целители. В девяноста девяти случаях из ста заклинания столкнутся. Сколько очков ты получишь, будет зависеть в первую очередь от того, как решены формулы. А во вторую – насколько точно, и главное, быстро ты выстроила схему. Всё это будет видно по сектору, в котором произошло столкновение. Поняла?

– Примерно, – дрожа, пробубнила я.

– И не ошибись с сектором, – предупредил Сакс, – куда нужно вставать. Иначе схема может сработать по-другому, и ты потеряешь очки.

Вот не мог Норд рассказать мне правила заранее? Хотя… нет! Я бы точно не спала, зная, что могу подвергнуться страшной опасности. Или даже хуже – кому-то навредить! И теперь, услышав своё имя и ощутив тычок в спину (Гальего?), на ватных ногах направилась к центру площадки, где замерла та самая женщина в строгом костюме. В руках судьи блестел небольшой металлический ящик, в крышке которого чернело круглое отверстие, как раз подходящее для того, чтобы сунуть руку.

Что тут же, не дожидаясь команды, и сделал мой противник. Судья недовольно покосилась на него, но ничего не сказала. Белобрысый парень с кривой улыбкой и щенячьими глазами выудил из ящика маленькую бумажку и, развернув, довольно хмыкнул. Помахал кому-то по ту сторону софитов и направился по кругу. Сверив нарисованные на полу числа с бумажкой, застыл на месте.

– Тебе плохо?

Я с трудом оторвала взгляд от соперника и удивлённо посмотрела на женщину: чего-чего, а участия не ожидала. Помотала головой. Тогда судья сурово произнесла:

– Чем дольше ты тянешь, тем больше у твоего соперника времени на обдумывание своего задания.

Я вздрогнула и, сунув руку в ящик, вытащила первую попавшуюся бумажку. Развернула и, встревоженно царапнув взглядом формулы, спустилась к записи сектора. Усмехнулась: словно шахматные фигуры расставляют! Клякса на плечах вдруг затарахтела, как будто успокаивая меня. Действительно, дрожь ушла, а голова прояснилась. Вспомнились слова Норда: «Это всего лишь наука!»

Я прошла в нужный круг и застыла на отметке с цифрой пять. И тут же раздался гонг. Я судорожно распахнула папку и, прицепив сверху на держателе задание, принялась быстро, почти не думая, накидывать образ схемы.

Только зарисовав её, сообразила, что даже не просчитывала формулы! Норд так натаскал меня, что многие уравнения я решала, попросту взглянув на них… Даже не решала, а сразу видела ответ! И теперь, рассматривая готовую схему, растерянно моргала. Неужели всё так просто?