Читаем Научный «туризм» полностью

В прошлогоднем нашем восхождении на Дил, когда я готовил шурпу с Геной, получилась маленькая неувязка. Вначале ложку аджики добавил Гена. Затем к котлу подошел Вергелес, солидно взял пробу, посмаковал, посмотрел вверх, подумал и добавил еще две ложки аджики. И, наконец, мне показалось, что шурпа получается недостаточно острой, и я высыпал в нее всю банку аджики (около 200 грамм), после чего еще два раза сполоснул баночку горячим супом, чтобы ни одна крупиночка драгоценной специи не пропала. В результате многие, несмотря на сильный голод и желание, шурпу есть не могли и злобно смотрели на Гену, считая его главным виновником случившегося (никто не видел, как я улучшал вкусовые качества супа), а тем, кто все же пытался есть, после каждой ложки хотелось немного покашлять или чем-то запить. Поэтому в перце меня на этот раз ограничили, выделив маленький пакетик, и шурпа получилась вполне съедобная, во всяком случае, каждый глоток уже не сопровождался судорожным кашлем. Гена с Ларисой жарили бараньи потрошки. С собой у нас была перцовка, бимбер и вино. На закуску была шикарная розовая моченая капуста, а на десерт – мороженое из сгущенки. Ужин прошел в теплой, дружественной обстановке. Выпили за знакомство с дежурным на ретрансляторе, за тяжкий подъем, за отличную погоду – панорама с Дила была великолепная, особенно хорошо просматривались склоны полонины Красной. Я тоже выпил дупелек шнапса, затем перешел на вино. После вина я начал засыпать на ходу и захватив спальник, пошел укладываться. В аппаратной уже был Вася Ермаченко, который, видимо решив получить компенсацию за холодные ночи на базе, укладывал свой спальник непосредственно на трубы отопления.

Четверг. Утром все, не спеша, встали. Многие жаловались на боли в боках и конечностях, хотя спалось лучше, чем в прошлый раз – новая аппартура, установленная на ретрансляторе не так гудела. Вася вытряхнул из спальника Сашка. Поели традиционной гречневой каши, пофотографировались и отправились назад. В прошлом году кашу готовил Олег. Он поднялся раньше всех и решил устроить нам приятный сюрприз. Поднявшись со своей постели, я с удивлением заметил какую-то непонятную возню вокруг котла с кашей. Олег, бегая вокруг, то начинал что-то вычерпывать из кастрюли, то выбегал во двор и чего-то в нее добавлял. Подойдя поближе, я увидел, что вычерпывалась гречневая каша, количество которой в кастрюле постоянно увеличивалось, а добавлялся снег. Олег объяснил, что вначале хотел сварить три брикета каши, но затем прикинул потребности коллектива и решил, что 6 брикетов будут в самый раз. В процессе приготовления каша быстро впитала всю жидкость и полезла из кастрюли. Воды в ведре не было (за ней надо было идти полкилометра вниз), поэтому пришлось добавлять снег. В общем, когда поднялись, разбуженные шумом женщины и увидели в кастрюле сырую гречку, перемешанную со снегом, их восторгу не было границ.

Гена тщательно (несмотря на отсутствие Олега) осмотрел рюкзак. В прошлый раз Олег где-то разыскал под снегом два смерзшихся кирпича и незаметно сунул их Гене в рюкзак. Гена очень удивлялся, почему это его рюкзак, уже освобожденный от вина и барана такой же тяжелый, как и прежде, но на дно рюкзака заглянуть не сообразил. Так он добросовестно снес кирпичи с Дила и, чуть было не повез их в Киев – супруга обнаружила их в последний момент.

Сначала продвигались тяжело, затем овладели спуском лежа. Для этого вперед запускали Вергелеса и он проделывал в снегу широкий укатанный жолоб, по которому остальные могли уже развивать приличную скорость и даже маневрировать, как в бобслее. На особенно крутых участках скорость возрастала настолько, что уже трудно было затормозить. Первой это осознала Лариса, которую спас только бугор снега, образуемый при спуске Вергелесом. Позже Люба Оболенская не удержалась на краю почти отвесного участка и соскользнула вниз под печальные крики детей и взрослых. К счастью на пути росло дерево, которое ее и остановило, а затем Юрий Петрович извлек любительницу острых ощущений из ловушки. В общем, спускались очень весело (Ермаченко документировал процесс киносъемкой) и очень быстро. Спуск занял меньше часа, в то время как подъем около 5 часов. После обеда лыжи и преферанс.