Читаем Научи меня полностью

   Брат и мама не знали всех тонкостей нашего разговора, я просто поставила их в известность, что Мите известно о моем осложнении, и мы все равно продолжаем жить вместе. Маму такой ответ вполне устроил, и Митя получил у нее заочную пожизненную индульгенцию, чего не сказать о Ваньке. Брат прекрасно меня изучил, поэтому видел, как я маюсь и понапрасну извожу себя. Вано даже порывался поговорить с Митей с глазу на глаз, но я его сразу же осадила, попросив не лезть не в свое дело.

   Да, с того разговора мы с Митей больше ни разу не заводили разговора о моем бесплодии. Он никогда меня не упрекнул и даже в шутку старался не задевать. Но сейчас, заведясь непонятно из-за чего, он это сделал. Мягко дал понять, скольким пожертвовал ради меня. И это ранило. Казалось, я как будто ждала такого момента, когда все это выплеснется из него, интуитивно ощущая, что Митя не сможет сдерживаться вечно.

   Про аспирантуру мы ни разу не упомянули. Я, как и обещала, ничего не стала рассказывать своей семье. Митя, убедившись в том, что я окончательно выкинула из головы "всякую дурь", расслабился и стал предупредительно мил, как будто мы только что познакомились. Нет, мне, безусловно, было приятно, но такое внимание начинало раздражать. К счастью, надолго его телячьих нежностей не хватило, и я смогла вздохнуть свободно.

   В аптеку меня все-таки трудоустроили, как и весь наш поток. Мне, как одной из лучших студенток выпуска, предложили выбор - привилегия, которой были лишены все остальные студенты. Конечно, я выбрала популярную и известную сеть аптек, пункты которой находились по всему городу. Мне досталась аптека в центре города, чем я несказанно гордилась. Работать приходилось адски, никаких послаблений не наблюдалось ни вблизи, ни даже на горизонте, но меня подобные мелочи жизни мало волновали.

   Оказалось, что это было началом конца. А все начиналось вполне невинно. Митя, устроившийся в магазин цифровой техники главным консультантом, чем неимоверно гордился, уехал в командировку, своего рода профессиональную консультацию для работников. Уехал он в пятницу вечером, а возвращался в воскресенье. Обычный рабочий сабантуй, одним словом. Я собрала ему сумку, поцеловала напоследок и закрыла за ним дверь. Все, как полагается. И хотела было уже отдохнуть (на работе именно эти выходные выходили у меня нерабочими). Мои планы прервал звонок телефона.

   - Алло.

   - Катюш, здравствуй. Это тетя Зоя.

   - Да, тетя Зой, узнала, - еще бы я не узнала мать человека, с которым живу почти три года. - А Митя уехал.

   - Я знаю, Катюш, он мне позвонил. Я хотела в гости к вам заскочить, так сказать, проведать. Сто лет у вас не была. Я надеюсь, ты не против?

   Это был именно тот грамотный случай, когда вопрос поставлен так, что отказать невозможно. Поэтому мне оставалось дать согласие для галочки.

   - Конечно, теть Зой, приезжайте. Вы когда будете?

   - Минут через двадцать. Ничего?

   - Нет, что вы, - в глубине души я ругалась как сапожник. - Буду ждать. До встречи.

   Следующие полчаса я бегала по квартире как ошпаренная, попутно что-то убирая, нещадно пряча в шкаф, стирая пыль, выкидывая и одновременно с этим накрывая стол из того скудного запаса еды, что водился у нас в холодильнике. По магазинам мы ездили на выходных и сразу же закупались на неделю, а если учесть, что сегодня была пятница, то...

   Но к приезду будущей тещи я невероятными усилиями привела себя и квартиру в порядок и даже откопала на дальней полке кухонного шкафа коробку шоколадных печеньев, подспудно нервничая из-за намечающегося разговора. Я не знала, зачем Зоя Павловна едет к нам домой, да еще в отсутствии сына, но вряд ли за тем, чтобы попить чайку.

   Открыв женщине, я тепло ее поприветствовала и сразу же от греха подальше завела на кухню. Разговор женщина начала издалека, ненавязчиво расспрашивая о нашей жизни с ее сыном. Всего ли нам хватает, не ругаемся ли мы, да и вообще...Я клятвенно заверила ее в том, что все замечательно и лучше быть не может.

   - Ну а ты сама как, Катюш? - вплотную подошла она к интересующей ее теме. - Как работается?

   Я пожала плечами и прихлебнула горячего напитка.

   - Да как работается...как всем. Нормально. С начальством не ругаюсь, с сослуживцами отношения неплохие.

   - Ясно. А вообще...интересно тебе? Не жалеешь, что работать пошла?

   Я чуть не подавилась от неожиданности такого вопроса. И почему я должна жалеть?

   - Да нет. Нормально все, я же говорю.

   - И не тяжело тебе? - Зоя Павловна взяла с тарелки печенье, но пробовать не спешила. - Я имею в виду, и семью сочетать, и работу?

   - Так все делают, тетя Зой. Справляемся потихоньку. Где Митя поможет, где я сама. Все как у людей.