Читаем Научи меня полностью

Лев смотрит мне в глаза. Подходит ближе. Наши животы соприкасаются, и мой нервно дергается. Я чувствую, какой Лев горячий даже через одежду. Его рука опускается мне на талию, а вторая отводит волосы с лица, накручивает на палец локон. Как завороженная, впитываю каждое действие. Бабочки в животе не то что летают, они вихрем закручивают все внутри, вынуждая болезненно сжиматься.

– Как так получилось, что ты такая красотка, но при этом одна? – Его ладонь выпускает волосы. Костяшки теперь скользят по шее, и я кусаю губы, чтобы не пищать от того, насколько это приятно.

– Может, тебя ждала? – флиртую. Да, за свои двадцать один я научилась этому нехитрому делу. Всего-то и нужно отвечать с вызовом на реплики. Так послушать, каждый мой разговор с кем-то можно посчитать флиртом. Но сейчас гадать не нужно, все предельно ясно.

Лев гладит кожу на плече, ласкает шею сзади, а потом с силой сжимает волосы на затылке, вынуждая запрокинуть голову. Он тянет пару волосинок, но это выносимая и быстро проходящая боль. Не успеваю испугаться, даже толком подумать, в какой я позе и как это выглядит со стороны, как мои губы сминают чужие губы.

Застываю и пытаюсь разобраться в происходящем. Лев меня целует, бессовестно и нагло крадет мой первый поцелуй. Скользит языком по губам, облизывает их, посасывает нижнюю, а после толкается языком в мой рот. Я не успеваю за скоростью и напором. Только хочу ответить и коснуться своим языком его, как Лев уже кусает мои губы, а после повторяет все снова. Он заведен, тяжелое дыхание горячит кожу. Опускаю ладони на его грудь и подаюсь навстречу. Лев хорошо целуется, немного бешено, но все равно хорошо. У меня пальцы на ногах поджимаются от удовольствия.

Мне говорили, что меня хотят, но еще никогда это не ощущалось так сильно. Льву не нужно ничего говорить, я по рваным требовательным движениям понимаю, что нужна ему здесь и сейчас сильнее, чем нужен воздух.

Бабочки бьются в экстазе, а я улыбаюсь прямо в поцелуй, забывая отвечать. Так хорошо становится, в груди моментально теплеет. Я позволяю Льву прижать себя еще крепче. Не пытаюсь отстраниться – проживаю момент, остро ощущая каждое движение. Язык, губы, дыхание – все это калейдоскопом вертится, а мне остается только выхватывать частички: как бы случайно касаться языком, целовать, даже кусаться. Лев давит пальцами на подбородок, вынуждая открыть рот шире.

Он отстраняется первым, но продолжает держать меня. Большой палец давит на губы. Лев не отрывает взгляда от моего лица. Я хочу понять, что он видит. Мне пока тяжело дышать. Он поцеловал меня. Я в жизни никогда ни с кем не целовалась, а теперь сгораю от того, насколько ярко все было. Хорошо настолько, что рассыпаться от счастья можно.

– Ты такая охеренная. Вкусная обалдеть. – Палец скользит по влажным губам в одну сторону, затем в другую. – Понравилась мне, еще когда увидел тебя на площадке, – слова льются кипятком. Мне разное говорили, но так порочно еще никогда. Коленки дрожат, а по телу жаркие волны бегут. Боже. Я умру прямо сейчас от передозировки эмоциями. Невыносимо столько проживать. Темный взгляд Льва, его уверенность, мое… возбуждение. Низ живота тянет, я сжимаю пальцами его футболку, боясь показать неуверенность. Смотрю-смотрю-смотрю, но не могу понять, что будет дальше. – Хочу тебя. Все время, пока рядом сидела, думал, как тебя подальше ото всех увести. Хочу, аж яйца сводит. Алиса, мне так еще никого не хотелось, как тебя, – он переходит на шепот. Голос хрипит, подводит его. У меня самой ком в горле, я только слушаю и краснею. Все это пошло. Заводит, да, но скорее потому, что это новые ощущения. – Трахнуть бы тебя сейчас, но не хочу, чтобы все слышали. Хочу, чтобы только для меня стонала. Не могу терпеть. – Он утыкается своим лбом в мой. Я дрожу то ли от страха, то ли от гуляющего по крови адреналина.

Лев ухмыляется. Давит на нижнюю губу пальцем, а затем проталкивает его мне в рот. Неприятно давит на язык, так что я морщусь. Хочу отстраниться, но Лев не дает. За нашим поцелуем я не заметила, как мы переместились, и теперь я лопатками упираюсь в забор, не имея возможности вывернуться.

– Пососи, Алиса. Давай. Хочу посмотреть, как ты это делаешь. Для меня, Элис, пожалуйста.

Становится тошно. И душно. Мотаю головой, языком выталкиваю палец, но Лев воспринимает это иначе и просовывает его дальше. Мне страшно. Мы только что сладко целовались, а теперь я слушаю пьяный бред и стараюсь дышать глубже. Щеки покалывает, слюна приливает обильнее. Я ерзаю, пытаясь выбраться. Упираюсь ладонями в грудь Льва, но куда мне. Он сильнее и больше, мне его не сдвинуть. Чувствуя, что приступ тошноты уже вот-вот перейдет в катастрофу, я изо всех сил кусаю палец.

Лев рычит, шипит и убирает его. Закрываю рот, стискивая зубы. Наши взгляды встречаются. Я испепелить его хочу, а Лев, наоборот – он как будто понимает, что натворил.