Читаем Nathan Bedford Forrest полностью

...вчера у меня была небольшая стычка с врагами, я сумел зайти им в тыл и пробраться к их окопам... и сжег часть их лагеря.... они не искали меня, я застал их врасплох, они бегут, как солнца бичи.... эта армия сейчас перед нашими окопами, я ожидаю скорого и большого фита.... не могли бы вы подойти и взять руку, этот фит будет передан вашим детям....2

Борегар, командир, которого он так старался найти в ту решающую ночь под Шилохом, быстро стал поклонником этого "неграмотного полковника", который разведал берега реки Теннесси и был таким бойцом, что хотел, чтобы армия возобновила атаку в темноте. Несколько недель спустя, выполняя просьбу влиятельного кавалерийского офицера, действовавшего под Чаттанугой, луизиец уговорил неохотно соглашавшегося Форреста перевести его в юго-восточный Теннесси, подальше от собранных им войск. Цель заключалась в том, чтобы объединить разрозненные кавалерийские части в силу, способную помочь отбиться от федералов под командованием Бьюэлла, которые медленно продвигались через северную Алабаму к жизненно важному железнодорожному узлу Чаттануга. В авторизованной биографии Борегара говорится, что Форрест "сначала колебался, скромно заявляя о своей неспособности взять на себя такую ответственность; но в конце концов уступил, когда его снова попросили... и после получения обещания, что его старый полк будет отправлен к нему, как только его смогут выделить из армии Миссисипи".3

Несомненно, на него также оказало влияние обещание повышения; в военное министерство была направлена просьба сделать его старшим кавалерийским офицером в Чаттанугском отделе. С бригадным генеральским званием в ближайшем будущем он отправился из Миссисипи в Чаттанугу 11 июня с эскортом из двух десятков офицеров и солдат своего старого полка. Он прибыл в Чаттанугу через неделю и получил под командование кавалерийскую бригаду, состоящую из Восьмого техасского и некоторых подразделений Джорджии и Кентукки, которые, несомненно, мало слышали о нем и, очевидно, не были впечатлены его невоенной репутацией. Один из его авторизованных биографов, бывший начальник штаба Борегара Томас Джордан, вспоминал, что во время своей первой операции оттуда он беседовал с "офицером в чине, который покинул Чаттанугу как раз в тот момент, когда Форрест уходил", и сказал, что запланированная Форрестом экспедиция была "опрометчивой, неосмотрительной и, скорее всего, приведет к катастрофе".4

Задуманная им экспедиция была действительно смелой, особенно для командования, с которым он не был знаком. Получив приказ попытаться сорвать продвижение Бьюэлла к Чаттануге, он решил вернуться в Мерфрисбор - всего лишь юго-восточнее Нэшвилла, более чем в ста милях от Чаттануги и далеко в тылу Бьюэлла - и сразиться с силами Союза, близкими по численности к его собственным. Вероятно, он обдумывал эту операцию в течение нескольких недель. Известно, что в конце июня он общался с Джоном Хантом Морганом по поводу их общего желания, чтобы военное министерство Конфедерации обменяло кентуккийских кавалеристов Форреста на некоторых других кавалеристов из Теннесси. Мурфрисборо был очень важен для Моргана, который в то время ухаживал за своей будущей женой, дочерью бывшего конгрессмена США. Менее чем через неделю после того, как 4 июля Морган отправился в свой первый рейд в родной штат, он перерезал телеграфные провода возле кентуккийского городка Хорс Кейв, взял себе имя и отправил, якобы от маршала США в Нэшвилле, фальшивое и бесцеремонное послание федеральному маршалу в Луисвилле. В нем якобы сообщалось, что Форрест с бригадой "атаковал Мерфрисборо, разбив наши войска, и теперь движется на Нэшвилл". Сообщается, что Морган находится между Скотсвиллом (штат Кентукки) и Галлатином (штат Теннесси) и, как предполагается, будет действовать совместно с Форрестом. Сообщите об этом командующему генералу".5