Читаем Настоат полностью

Во-вторых, я забочусь в первую очередь о судьбе Ландграфства – а для него смерти подобно воцарение Дункана. Клаваретт темен, тщеславен, мстителен и самонадеян; не уважает культуру и историю нашего Города, готов вздернуть его на дыбу, мучить, пытать, лишь бы воплотить в жизнь свои утопические, умозрительные мечты и проекты. Он – идеалист, и идеалист в худшем смысле этого слова: его не интересуют ни окружающий мир, ни реальность. Для Дункана Клаваретта материально лишь то, что у него в голове. Немыслимые реформы, установления, переустройство, преобразование всех и вся. А Город нуждается в сильной, незыблемой власти – отеческой, патерналистской. Именно таковым и был наш Курфюрст. Был, пока не сломался…

И последнее – да, я зол на Суверена; я обижен и оскорблен. Но по-прежнему люблю его – и защищаю. Именно поэтому лучшим вариантом для него станет почетная отставка, уединение на лоне природы. А мы созовем Земский собор, конклав или Национальный конвент для обсуждения будущего государства. Сам я готов отказаться от трона и титула Государя; обещаю – я не буду претендовать на должность Курфюрста. Но и Дункану Клаваретту стать правителем не позволю. Уж лучше полностью сменю конфигурацию власти: демократия снаружи, престолонаследие – внутри. «Многие же будут первые последними, и последние первыми».

Я все сказал! Более глубоко лезть в мои мысли я не советую. Окончательный выбор за вами.

Ария Le veau d’or завершается пронзительными нотами. Красиво, величественно, монументально! Интересно, какая мелодия будет следующей?

– Деменцио, что конкретно вы предлагаете? Возможно, я не доверяю Курфюрсту, но на вас я полагаюсь еще меньше. Я уже говорил: мне нужны твердые гарантии – вы способны их предоставить? Если да – ударим по рукам; нет – идите к черту!

Почетный Инноватор кивает.

– У меня есть все, что пожелаете! Я готов прямо сейчас дать не просто гарантии, а официальный документ за моей подписью: декрет, буллу, ордонанс, прокламацию – в общем, все что угодно для незамедлительного вывода вас и вашего замка из-под юрисдикции Города. Полная автономия – автаркия, если хотите! Курфюрст, конечно, может выступить против, оспорить мою волю, но, скорее всего, он даже не узнает о составленном мною эдикте. Вокруг него – вакуум, пустота; я контролирую все источники информации.

Согласитесь – это гораздо более привлекательное предложение, нежели то, которое вам сделал правитель. Взамен – лишь одно условие. Какое? Сообщу завтра; здесь – неподходящее место, да и времени у нас осталось не много. Пора возвращаться!

Даю слово – завтра я буду у вас в замке. С подписанным ордонансом, который вручу лично. Насчет ответной услуги – не беспокойтесь, сущая мелочь! С вашими талантами оказать ее будет нетрудно. И уж поверьте, – заливисто, как ребенок, смеется Деменцио Урсус, – речь идет не о продаже души, подписании договора, скреплении его кровью и тому подобных безумствах. Маленькое политическое одолжение – не более. Которое, между прочим, вам самому будет на пользу.

Любопытно. Что у него на уме? Может, действительно стоящее предложение?

– Деменцио, я подумаю. Что от меня надо?

– Ничего! Просто не давайте согласия Курфюрсту. Отложите ответ хотя бы до завтра: утро вечера мудренее. Вот увидите: мой вариант понравится вам больше. Я знаю, мы сумеем договориться.

Все, съели яблочко? Замечательно! Я выброшу огрызок – Красная комната слишком пленительна и сокровенна, чтобы оставлять в ней лишнее, наносное.

Возле двери Деменцио оборачивается.

– В самом деле, Настоат, между нами есть определенное сходство! Там, где другие видят лишь хаос и беспорядок, для нас очевидна структура. Возможно, мы не родственные души и в чем-то даже противостоим друг другу, но мыслим практически одинаково. Мы оба понимаем: беспорядок – это единственный выход и спасение; то, без чего нам не выжить.

Откланявшись, он выскальзывает в Тронную залу.

Беспорядок. Бес-порядок… Какое едкое, колючее слово!

* * *

Вот и все. Пришло время прощаться.

– Господин Курфюрст, простите, но я вынужден вас покинуть. На сделку, предложенную вами, я пойти не могу, однако обещаю ее непременно обдумать.

От неожиданности Принцепс проливает вино на сутану. Сколько столетий назад был упразднен титул Первосвященника, а он до сих пор не переоделся в мирское, светское одеяние.

– Что… Что? Деменцио, ты слышал? – Почетный Инноватор усмехается и кивает, подмигивая мне левым глазом. – Почему? Ведь вы же были согласны… Что поменялось? Вам нужны новые уступки? Хорошо, я готов – только давайте вернемся к переговорам…