Читаем Наставница (СИ) полностью

— Но не все так просто, как кажется. Этот самый «сговор» реализован странным образом. Похоже, Бэккер решила применить свои возможности по изменению людей лично для себя, но если раньше все ее подопечные приобретали физиологические заметные взгляду мутации, то теперь она усовершенствовала технологию. Теперь ее мутанты ведут себя, как обычные люди. И любой из тех, кто рядом с нами, может оказаться ее агентом. Да что там, это может быть любой из нас, — он указал на нас рукой. — И я совершенно серьезно размышляю о том, а уверен ли я, что я еще не ее агент. Впрочем, по ряду признаков в поведении Оливера я делаю вывод, что он — знал. Более того, он сознательно и добровольно пытался помогать ей, как и все ее мутанты, и уже очень давно. Подводя итог, дамы и господа, не верьте никому и будьте все время начеку. Агенты Королевы могут оказаться совсем рядом с вами. А все мы знаем, насколько большие возможности и ресурсы в наших руках.

Я бегло воспроизвел в своем сознании последние несколько месяцев. Мог ли я оказаться под влиянием Королевы? Если она никак не повлияла на мою память, то шанс этого ничтожен. А Рихард? Может быть, он уже под ее контролем, а Оливер — лишь прикрытие? Отдать пешку ради короля — вполне в его духе. Но не похоже. Если бы он не рассказал, мы бы даже не знали об угрозе. Подумав пару секунд, я уточнил:

— Это звучит опасно для всего третьего круга. Почему ты решил донести эту информацию только до нас?

— До реализации плана они остаются на других континентах, куда Королева, скорее всего, не дотянется. Им просто не нужна эта информация. Не сейчас точно.

Опять он пытается сделать все сам, не доверяя профессионализму прочих. Что ж, я готов снова и снова повторять обратное, и однажды он примет это к сведению:

— Они все — часть третьего круга. Они способны действовать здраво, разумно и точно, даже имея на руках всю полноту информации обо всем происходящем в мире. Мы с Каллисто примем к сведению, ты верно сделал, что рассказал нам, мы будем внимательны. Твоя же задача на ближайшее время — объяснить ситуацию остальным.

— Хорошо, — не слишком довольно отозвался тот, когда мы с Каллисто поднимались, собираясь уходить.

Она кивнула нам и ушла первая, а я, когда она ушла, сел обратно:

— Ты говорил, что губернатор улыбался, когда ты пытал его. Это образное выражение?

— Нет, — Рихард смотрел на меня задумчиво, пребывая где-то в своих мыслях и что-то обдумывая. — Он улыбался, словно порошка счастья наглотался. Ты уже встречал подобный эффект раньше?

— Каллисто последнее время очень спокойная, несмотря на то, сколько нового она продолжает узнавать в Библиотеке. Спокойная и довольная жизнью. Счастливая. Я был бы рад, будь у нее на это достаточно причин, но смена настроения слишком резкая.

— И она много общалась с Оливером, — ответил Рихард, подтверждая этим мои слова. — Я уже думал об этом. Но если бы она была под контролем Королевы, уже давно бы что-то сделала.

— Возможно, просто не успела. Как давно ты был с ней последний раз?

— Ты был там, — ответил он, намекая на то, что мы делали в тюремной камере Уробороса.

Времени прошло достаточно много, хотя это как посмотреть. Пока я думал, Рихард снова подал голос.

— А еще я подумал, не под контролем ли ты, Николас. Пытаешься указать на Каллисто, чтобы снять подозрение с себя.

— Я думал о том же про тебя, когда ты рассказывал про Оливера, — кивнул я. — Но пришел к отрицательному выводу. Что же касается Каллисто… У меня есть одна мысль, как проверить свое предположение. Будь добр, договорись о тюрьме на случай, если придется поместить ее туда, а вечером приезжай к ней, я буду тебя ждать. Либо мы сегодня приятно проведем вечер, либо завтра нас ждет сложный день, — и с этими словами я встал, собираясь уходить.

— Хорошо, — Рихард хмуро поднялся, он за нее беспокоился.

Ближе к вечеру я отправился к ней. Обычно я умею управляться со своими эмоциями, но сейчас мне было грустно. Я почти уверен в своих выводах, но все еще надеюсь, что ошибаюсь, потому что иначе у меня нет ни единой идеи, что делать.

Она сама открыла мне дверь и выглядела, как и все последние дни, такой обычной и нормальной, что я начал подумывать, что все-таки я ошибся.

— Добрый вечер, Кали.

Я улыбнулся, подмечая все малейшие детали ее поведения, и с горечью обнаружил, что реакции на мою улыбку и на то, как я называю ее, у нее больше нет.

— Проходи, — она улыбнулась в ответ, но я умею различать ее искреннюю и вежливую улыбки.

Войдя в дом, я направился следом за ней в гостиную:

— Я счел нужным провести одно из последних наших собраний и обсудить ближайшее будущее, но сначала нужно дождаться Рихарда.

— Хочешь чай? — спросила она, наблюдая, как я прохожу и сажусь на диван.

— Да, будь добра, — я кивнул, и она ушла на кухню.

Я обвел взглядом помещение. Пытаться поймать ее здесь рискованно, кто знает, какие сюрпризы, кроме плюща, у нее еще имеются. Рисковать собой или Рихардом было бы неразумно. Воспользуюсь планом с тюрьмой Уробороса, Рихард уже должен был все подготовить. Нужно лишь придумать ложь поубедительнее.