Читаем Наследница огня полностью

Эмрис только-только достал из печи свежий хлеб, когда в кухню влетела Селена. Быстро проглотив большой ломоть, она запила еду вчерашним чаем и исчезла. Старик ни о чем не спрашивал. Вероятно, его предупредили, что сегодня Селена ему не помощница.

Рован ждал ее у двери комнаты с небольшим мешком в руках.

– Для одежды, – сказал он, протягивая ей мешок.

Селена запихала туда дополнительную рубашку и смену белья. Рован повесил мешок на плечо. Если уж он согласился служить вьючным мулом, значит в хорошем расположении духа. В противном случае эта роль досталась бы ей. Зная характер Рована, Селена не задавала вопросов. Они прошли через кольцо каменных стражей, и Селена в который уже раз ощутила покалывание во всем теле.

Их путь снова лежал на запад. Рован молчал, пока они не углубились в лес, полный утреннего тумана. Только когда крепость скрылась из виду, фэец остановился и откинул тяжелый капюшон плаща. Селена сделала то же самое, подставив щеки прохладному ветру.

– Превращайся, и вперед, – второй раз за этот день услышала она голос Рована.

– Ну вот, – разочарованно протянула Селена. – А я думала, мы стали друзьями.

Рован поморщился и нетерпеливо махнул рукой, что означало: «Хватит болтать».

– Нам нужно преодолеть двадцать миль, – сказал он, словно расстояние должно было подтолкнуть Селену к превращению. – Мы побежим. Туда и обратно, – добавил он, язвительно улыбаясь.

При одной мысли о двадцатимильной пробежке у Селены задрожали колени. Вчерашний поход был маленькой передышкой перед новой чередой пыток. А чего еще ждать от Рована?

– Позволь узнать, куда мы побежим?

Рован сжал зубы. Татуировка на щеке качнулась.

– Новый труп. Полуфэец из соседней крепости. Картина убийства та же. Я хотел отправиться в близлежащий город, расспросить жителей, но… – Рован кривил рот и морщился, словно вел внутренний диалог с собой. – Но мне нужна твоя помощь. С тобой смертные охотнее вступят в разговор.

– Это комплимент?

Рован закатил глаза.

Наверное, вчерашний поход к целителям был не передышкой, а… Может, он действительно хотел сделать ей приятное?

– Превращайся, иначе мы потратим вдвое больше времени.

– Не могу. Ты же знаешь, просто так у меня не получается.

– Неужели тебе не хочется посмотреть, насколько быстро ты способна бегать?

– В Адарлане я все равно не смогу воспользоваться этим преимуществом. В чем тогда смысл?

За этим вопросом стоял целый лес других, о которых Селена пока не решалась думать.

– Смысл в том, что сейчас ты на другом континенте. Ты не знаешь пределов своих возможностей, а проверить это можно лишь в действии.

Рован был прав. Пределов своих возможностей она не знала.

– Если тебе этого мало… Мне всерьез нужна твоя помощь. Еще одна жертва, из которой выпили все соки. Я считаю такое положение дел неприемлемым.

Очередная жертва все той же сущности. Страшное, изощренное убийство. И глаза на это не закроешь.

– Но может, после той женщины тебе все еще страшно? – Рован больно дернул ее за косу.

Это было равнозначно удару кнутом для свободолюбивой лошади. Селена сердито раздула ноздри.

– Я боюсь единственного, – прошипела она. – Непреодолимого желания тебя задушить.

Но конечно, ее главным желанием сейчас было найти и уничтожить сущность, отомстив за всех жертв и за себя. То, через что заставил ее пройти этот «черноволосый молодой человек с бледным лицом», – такое не забывается и не прощается. Селена представила, как, поймав сущность, убивает ее медленно и неторопливо. Ей сдавило грудь, а потом внутри начал разгораться огонь.

– Твоя злость – отличная веревочка. Учись дергать за нее в нужное время.

Не потому ли Рован рассказал ей про труп полуфэйца? Бессмертный мерзавец! Он распоряжается ею, как рабыней. Захочет – пошлет вечером на кухню. Захочет – покажет кусочек иной, недосягаемой жизни.

Лицо Рована, как всегда, было непроницаемым.

– Аэлина, сделай гнев своим мечом. Если не можешь обрести покой, тогда хотя бы научись управлять гневом. Пусть он будет мостом к твоему превращению. Не противься ему. Просто научись им управлять. Гнев тебе не враг.

Аробинн делал все мыслимое и немыслимое, чтобы заставить ее бояться и ненавидеть свое наследие. То, что он с нею сделал… точнее, что она позволила с собой сделать, чтобы стать…

– Это плохо кончается, – тихо проговорила Селена.

– Аэлина, не пугайся своих страшных видений. – Рован не отступал. – Цепляйся за них. Не проси о них. Не превращай в желание. Просто воспользуйся ими.

– Гнев разрушителен. Вряд ли кто из учителей магии посоветовал бы такое. Во всяком случае, большинству.

– Во-первых, ты – не «большинство» и это тебе нравится. Во-вторых, гнев разрушителен, когда им не умеют управлять. Если темные эмоции помогают тебе превращаться в нужный для тебя момент, мы этим воспользуемся. Быть может, в дальнейшем окажется, что гнев больше не работает. Или он станет ненужной подпоркой. Но сейчас…

Рован задумался, будто что-то припоминая.

– До сих пор все твои превращения были вызваны гневом. Так признай это и обрати себе на пользу.