Читаем Наследница огня полностью

Паучиха выползла на свет. Туман, окружавший ее, был похож на процессию призраков. Туловище паучихи было черно-серым и такой величины, что у Маноны пересохло во рту. Между тем пропорции паучьего тела отличались если не красотой, то изяществом. Даже ее длинные лапы были, скорее, похожи на ноги. И все это блестело и сверкало.

Аброхас тихо зарычал. Манона погрозила ему пальцем.

– Теперь я понимаю, почему мои Синекровные сестры до сих пор поклоняются вам.

– Поклоняются? – удивилась паучиха.

Она не двигалась, но три ее спутницы подползли ближе и стали разглядывать Манону многочисленными темными глазами.

– Мы уже и забыли, когда жрицы Синекровных являлись с приношениями к подножию наших гор. Мы очень скучаем по ним.

– Нескольких я бы с радостью отправила к вам в гости. – Манона натянуто улыбнулась.

Паучиха тоже засмеялась. Тихо и цинично.

– А ты, вижу, из Черноклювых будешь. – Глаза паучихи обшарили Манону вдоль и поперек. – Твои волосы похожи на наш шелк.

– Полагаю, это комплимент?

– Назови свое имя, Черноклювая.

– Имя мое тебе ничего не скажет. Я прилетела заключить сделку.

– И на что Черноклювой ведьме наш драгоценный шелк?

Манона обернулась и кивком указала на Аброхаса. Тот не сводил с паучихи глаз. Манона почувствовала, что дракон напряжен не меньше ее самой. От кончика носа до железных шипов хвоста.

– У него недостаточно сильные крылья. Я слышала легенды о чудесах паучьего шелка. Вот и подумала: вдруг это то, что нужно моему дракону.

– Наш шелк выменивали торговцы, воры и короли. Из него шили платья, накидки и паруса. Но шелк для крыльев… такое я слышу впервые.

– Мне нужно десять ярдов шелка. Готовые полотнища, если они у вас есть.

Паучиха замерла:

– Люди были готовы отдать жизнь всего за один ярд.

– Назови свою цену.

– Десять ярдов…

Паучиха повернулась к сопровождающим. Кто они? Потомство? Слуги? Телохранители? Этого Манона не знала.

– Принесите полотнище. Прежде чем назвать цену, я должна его осмотреть.

Пока все шло как надо. Троица пауков исчезла в глубине пещеры. Манона старалась не наступить на крошечных паучков, ползавших вокруг ее сапог. Из соседних пещер за нею наблюдали. Пусть глазеют.

– А скажи, Черноклювая, как тебе удалось заполучить дракона?

– Подарок адарланского короля. Он затевает какую-то войну. Мы станем его воздушной кавалерией. Когда война закончится, он отдаст драконов нам и мы полетим отвоевывать Западный край. Наше исконное королевство.

– Вот оно что. Вам удалось сломить проклятие?

– Пока что нет. Но когда мы найдем крошанских ведьм, которым это по плечу…

Манона даже зажмурилась, предвкушая кровавую бойню.

– Злую шутку сыграло с вами это проклятие. Подумать только: не успели вы завоевать себе земли, как эти пронырливые крошанки прокляли их. Ну не обидно ли? Ты видела, как нынче выглядит Западный край?

– Нет, – призналась Манона. – Я вообще не бывала на нашей родине.

– Несколько лет назад к нам приходил торговец из тех мест. Говорил, что там расселились смертные и у них есть свой король. Но ветер мне недавно нашептал, что некая девица с красно-рыжими волосами сместила его и провозгласила верховной правительницей себя.

Манона поежилась. Смертные по глупости своей думают, что поселились там навсегда. А эту… самозваную королеву Западного края она убьет первой, когда вернет себе исконные земли Железнозубых. Как же ей хотелось увидеть, ощутить, наконец, понюхать свою родину.

– Странное место – этот Западный край, – продолжала паучиха. – Тот торговец сам оттуда. Бывший оборотень. Потерял все свои магические способности. Как и вы, превратился в обыкновенного смертного. Ему еще повезло, что исчезновение магии застало его в человеческом теле. Мне он за шелк заплатил двадцатью годами своей жизни. И не знал, дурень, что его способности перешли ко мне. Сейчас они для меня бесполезны, но иногда я думаю: а если бы мне удалось ими воспользоваться? Представляешь? Видеть мир твоими прекрасными глазами. Обнимать мужчину.

У Маноны волосы стали дыбом.

– А вот и шелк, – сказала паучиха.

Свернутое полотнище, которое принесли трое пауков, было похоже на реку в солнечный день. Даже в сумраке пещеры шелк блестел всеми цветами радуги. Манона затаила дыхание.

– Вижу, что зачарована, – засмеялась паучиха. – Лучшее из того, что я соткала.

– Восхитительное полотно, – согласилась Манона. – Называй свою цену.

Паучиха вперилась в нее несколькими парами глаз.

– Ну какую плату я могу взять с ведьмы? Вы живете сотни лет, и двадцать лет для вас – пустяк, хотя без магии вы тоже старитесь, как обычные женщины. Что же касается твоих мечтаний… представляю, Черноклювая, до чего они мрачны и кровавы. Вряд ли я согласилась бы попировать на них. Только не на таких снах.

Паучиха приблизилась к ней.

– А вот твое лицо… Что, если я возьму твою красоту?

– Если ты заберешь мое лицо, мне будет не вернуться отсюда.

Паучиха захохотала.