Читаем Наследница огня полностью

– Не стану отрицать, принц, мне приятно видеть, что и вашему лицу сегодня досталось.

Рован вскинул голову. Эмрис ложкой указал на него:

– Может, вы больше не будете колошматить друг друга? Невелика заслуга – превратить лицо в отбивную.

Малакай застыл, однако Эмрис продолжал:

– Мне от ваших потасовок – сплошной убыток. С таким личиком, как у нее сегодня, только караульных пугать. Мне на кухне помощники нужны, а не пугала. Думаете, мы не слышим, как вы ежедневно орете друг на друга? Уши вянут. Такие словечки вылетают, что просто диву даюсь, как еще в Вендалинском королевстве молоко от них не киснет.

Рован опустил голову и пробормотал что-то себе под нос. А у Селены впервые за долгое, очень долгое время приподнялись уголки губ.

Она встала, подошла к Эмрису и опустилась на колени. Потом, не жалея слов, извинилась перед ним, Локой и Малакаем. Они заслуживали ее извинений. Малакаю и Локе этого, похоже, было достаточно, однако из глаз Эмриса не уходила тревога. И боль тоже. Слова, выплеснутые Селеной утром на него и других, – как пятно, которое сразу не смоешь.

А потом… Имен Эмрис не называл. Он говорил очень деликатно, и все равно у Селены взмокли ладони и свело живот. Эмрис сообщил ей, что он и другие полуфэйцы старшего поколения знают, кто она такая на самом деле. Они были знакомы с ее матерью, которая тоже работала здесь на кухне. Селену слова Эмриса не удивили. Ее удивило, когда Рован встал рядом с нею возле чана и стал помогать ей мыть их миски и ложки.

Трудились они молча. В жизни Селены оставалось достаточно тайн, о которых она не собиралась говорить. И пятен на душе, к которым даже она сама боялась прикасаться. Но быть может… быть может, когда ей хватит смелости рассказать, он не отвернется и не полоснет по ней ледяным равнодушием.

Лока улыбался во весь рот. Значит, случившееся сегодня не так сильно его испугало.

– У нас сегодня было приключение, – глядя на Эмриса, сказала Селена.

Малакай перестал есть.

– Не с ним ли связан душераздирающий рев, который мы слышали днем? У нас в крепости весь скот взбесился. Еле успокоили.

Селена не улыбнулась, а лишь прищурилась:

– Что вам известно о чудовище, которое обитает в озере под… – Она вопросительно посмотрела на Рована.

– Под Лысой горой, – докончил тот. – Но таких историй Эмрис не знает.

– Я – Хранитель Историй, – напомнил ему старик. Вид у Эмриса был такой же сердитый, как у железных фигурок на решетке плиты. – Это значит, я собираю все истории, какие слышу из уст фэйцев и смертных. Порой они нескладны, однако я запоминаю и такие.

Он сел за стол, сложив руки перед собой:

– Несколько лет назад повстречался мне дурень. Другого слова не подберу. Он решил, что может попасть в Доранеллу и без приглашения. Достаточно найти перевал в Камбрианских горах. Просто чудо, что дикие волки Маэвы не загрызли его насмерть. Но когда он приковылял сюда, жизнь в нем едва теплилась. Приютили мы его у себя и послали за целителями.

– Так вот почему ты ни на минуту от него не отходил, – пробормотал Малакай и подмигнул своему парному.

Эмрис криво усмехнулся:

– У него было воспалено все тело. Я слушал его бессвязные фразы и сомневался: не бредит ли? Рассказал он, как по пути к Камбрианским горам ночь застигла его у подножия Лысой горы. Шел дождь, было холодно. Увидев пещеру, этот дурень решил в ней переночевать, а на рассвете отправиться дальше. Добрался до озера, развел там костер. И все время его не покидало ощущение, будто кто-то на него из озера смотрит. Потом сморил его сон. Заснул он да вдруг проснулся. Что такое? По озеру волны бегут. Откуда взяться волнам, когда в пещере – ни ветерка? Видит – издали к нему кто-то плывет. Какой-то громадный зверь.

– И ужасно жуткий, – вставил Лока.

– Ты мне говорил, что ходил с Бассом и другими караульными в дозор! – крикнул парню Эмрис.

Затем он выразительно посмотрел на Рована. Взгляд его означал нечто вроде: «В следующий раз, принц, вы к еде повнимательней отнеситесь. А то и отравиться можно».

Эмрис прочистил горло и ненадолго замолчал, будто вспоминая.

– В ту ночь у дурня состоялся с чудовищем разговор. Зверь признался, что он – почти ровесник горы. Родился в другом мире, а сюда попал, воспользовавшись невнимательностью богов. Поначалу он жил, охотясь на фэйцев и смертных. Но нашелся храбрый воин и вызвал зверя на поединок. Воин погиб, но успел вырвать зверю глаз и наложить проклятье: пока стоит Лысая гора, жить ему в подземном озере.

Чудовище из иного мира. Не в те ли времена он попал сюда, когда валги вели свои войны? Им открыть и закрыть портал в иной мир было не сложнее, чем дверь. И сколько еще ужасных чудовищ оставалось здесь со времен древних войн за обладание Ключами Вэрда?

– С тех пор этот зверь и живет в подземном озере. Он давно уже забыл свое имя. Те, кто забредает в пещеру, назад обычно не возвращаются.

Селена растирала саднящие пальцы. Рован пристально смотрел на Эмриса, чуть склонив голову набок. Потом взглянул на Селену – слушает ли рассказ? – и спросил:

– А что за воин сделал чудовище одноглазым?