Читаем Наследник Аркона полностью

Советнику очень хотелось узнать, не загипнотизирован ли он ею, и если да, то немедленно собрать всю свою волю и разум, чтобы противостоять этому воздействию.

— Скажите мне, Палмар, — спросила королева Рехана, а про себя подумала: «Какое красивое и звучное имя придумал он себе для маскировки!»

— Вы своими руками изготовили эти драгоценности? Очень тонкая, изящная работа!

— Нет, миледи, эти драгоценности не моей работы, но я строгий ценитель подобной красоты, которую создали серебряных дел мастера нашего королевства.

— На острове Арлон, не так ли? — спросила Амарина Рехана.

— Да, миледи. Вот эти опалы… — начал было Рехан, но затем почему-то смутился, и забормотал путано, сам не зная, о чем говорить и что делать. — Эти опалы добываются там, далеко, и я надеюсь, что эти сапфиры не имеют себе равных на всех наших островах.

Сказав это, Рехан взглянул на главного казначея Корзена, ища авторитетной его поддержки и подтверждения своих слов, но изможденное лицо Корзена никак не отреагировало на косвенную просьбу советника.

— Что же вы хотите за это ожерелье, Палмар?

— Всего лишь чтобы вы надели его на вашу красивую шею, миледи.

Амарина рассмеялась:

— Такая цена мне подходит. Подойдите, помогите мне застегнуть его. — Рехан взял дрожащими руками ожерелье и открыл замок. Королева повернулась к нему спиной, а Рехан положил ей на шею ожерелье и застегнул замок на нем, при этом советник еле сдержал почти неодолимое желание поцеловать красивую шею Амарины, которая затем повернулась к нему лицом, а он окончательно поправил ожерелье на ней. После этого королева взглянула на Рехана и промолвила: — Если вы желаете встретиться со мной наедине, приходите к хозяйственным воротам замка после захода солнца.

Рехан замер, не веря своим ушам, и невольно оглянулся, но не заметил в окружавших их людях даже малейшего намека на то, что они могли услышать последнюю фразу Амарины с этим невероятным приглашением. Даже Корзен и Паруккан, находившиеся рядом каким-то чудесным образом не слышали последней фразы королевы.

Амарина улыбнулась и спросила:

— Так вы придете, Палмар?

На этот раз у советника отпали все сомнения, так как новый четко сформулированный вопрос был обращен непосредственно к нему.

— Да, миледи, — пробормотал Рехан.

— Очень хорошо! — промолвила Амарина и, повернувшись к Паруккану, сказала ему. — Ну, что ты скажешь на это, дорогой? Идет ли мне это ожерелье?

— Замечательно, дорогая! Такое ожерелье больше всего идет тебе.

— И за него уже уплачено! Улыбнувшись, она снова повернулась к Рехану.

— Вы умеете говорить приятные слова, купец, но я не могу позволить вам быть таким щедрым и великодушным. Если я приму от вас этот дар, ко мне перестанут ходить другие коммерсанты и даже будут скрывать от меня свои самые красивые товары, боясь, что я буду вынуждать их быть такими же щедрыми, как вы. Кроме того, нехорошо королеве оставаться в долгу перед кем бы то ни было. Корзен, соблаговолите назначить всему этому комплекту украшений приличествующую ему цену. Я хочу надеть их на коронацию.

— Благодарю вас, миледи, — единственное, что мог произнести на все это Рехан.

Вскоре король и королева покинули залу, закончив приобретение понравившихся им товаров. После их ухода обстановка в зале значительно разрядилась, а разговоры оживились. Рехан сохранял молчание, несмотря на то, что многие подходили к нему с поздравлениями, а когда Корзен закончил оформление расчетов по оплате купленных у него драгоценностей, советник также вскоре покинул залу, вернулся в свою гостиницу и прилег отдохнуть.

Рехан чувствовал себя обессиленным настолько, что долго не мог заснуть и даже о чем-либо думать; встревоженный мозг его никак не мог успокоиться. «Что со мной происходит? Зачем я влез в эту авантюру? Мне следует уехать сейчас же из города, ведь я получил причитающиеся мне деньги!»

Однако в глубине души советник прекрасно понимал, что через час после заката солнца он обязательно придет к хозяйственным воротам королевского замка.

Дверца в хозяйственных воротах королевского замка открылась вскоре после прихода туда Рехана.

Удивляясь своей собственной смелости и безрассудности, советник вошел в дверцу ворот и увидел, что ее охраняют два стражника. Рехан вздрогнул, остановился и, весь в панике, хотел было вернуться, но вовремя заметил, что оба воина ведут себя самым странным и невероятным образом, так как даже не заметили его присутствия, хотя это было невозможно, и продолжали переговариваться между собой тихими голосами, совершенно игнорируя появление постороннего человека.