Читаем Наследие войны полностью

Они оба рассмеялись, но их веселье было горько-сладким и смешанным с меланхолией, потому что прошедшее время притупило, но не стерло боль той ночи, когда умерли два кровных брата.

Кениец в элегантно сшитом сером костюме, чье красивое, умное лицо оттеняли очки в золотой оправе и еще более выделялись намеком на седину в его коротко остриженных волосах, подошел к Шафран сзади.

Он вежливо кашлянул и сказал: - "Извините, мэм".

Она повернулась, и ее лицо расплылось в широкой улыбке.

- Маку! Как я рада тебя видеть! В офисе президента мне не сказали, что ты приедешь.

Маку Макори, гордый обладатель степени магистра государственного управления Лондонской школы экономики и личный секретарь президента Джомо Кеньятты, улыбнулся в ответ.

- Я правая рука нашего лидера. Естественно, я хочу убедиться, что все его приготовления в порядке.

- Надеюсь, ты тоже хотел повидаться со старыми друзьями.

– Конечно, всегда, - сказал Маку, когда они обменялись дружеским поцелуем. Затем он протянул руку, сказал: "Бенджамин!" - И двое мужчин пожали друг другу руки. - Значит, в Национальной больнице решили, что могут отпустить вас на пару дней?

- Ну, мне не хочется оставлять своих пациентов ... Но у меня хорошая команда. Они справятся и без меня.

- "Серьезно, все очень впечатлены работой, которую вы проводите в борьбе с малярией. Вы знаете, что мы надеемся открыть новую медицинскую школу в Университетском колледже Найроби в течение следующих трех лет?

- ‘Да, я слышал.

- Ну, я думаю, что вы должны быть вовлечены с самого начала, и президент согласен. Мы должны поговорить об этом в ближайшее время.

- ‘Замечательная идея,’ - сказала Шафран. - ’Наши отцы так гордились бы тобой, Бенджамин.

- Я думаю, они чувствовали бы то же самое по отношению к тебе, Шафран, - сказал Маку. Он огляделся и вздохнул. - Когда я вспоминаю, когда в последний раз был здесь, в ту ужасную ночь. Этот новый мир – лучший мир. А теперь давайте перейдем к делу. Я хотел бы подтвердить, что все приготовления к завтрашнему визиту президента уже приняты.

- Конечно, - сказала Шафран. - А теперь позвольте мне посмотреть ... Маршрут, по которому автомобиль президента Кеньятты и его сопровождающие проедут через сельскохозяйственные угодья, был проверен, и полиция будет регулярно выставлять своих офицеров вдоль обочин. Вам придется проконсультироваться с ними о точных деталях. Она посмотрела на Герхарда. - Дорогой, рабочие закончили президентскую трибуну?

- Да, последний слой краски был нанесен сегодня утром, и к завтрашнему полудню он высохнет.

- Вы совершенно уверены? - спросил Маку. - Нам бы не хотелось, чтобы на одежде мистера Кеньятты остались пятна краски.

- ‘Совершенно уверен, - заверил его Герхард.

- Ты же знаешь немцев, - добавила Шафран. - ‘Чрезвычайно эффективны.

- Почти так же эффективны, как и я, - сказала Гарриет, выходя из кабинета за стойкой администратора. Она протянула Маку скрепленную стопку бумаг. - Вот имена и адреса всех, кто будет присутствовать на церемонии открытия, а также номер места, которое они займут. План размещения включен на последней странице. Я также могу заверить всех, что бассейн был тщательно протестирован мастером Александром Кортни Меербахом, его сестрой Николя и их друзьями. Теперь они выставили портативный граммофон и очень громко играют пластинки "Битлз". Харриет посмотрела поверх своих очков для чтения в форме полумесяца. - Не волнуйся, Маку. Завтра они не будут так себя вести ... Если хотят жить.

Маку рассмеялся. - ’Я не хотел бы быть ребенком, который ослушался ни одной из вас, леди! Он посмотрел на Шафран. - Все готово к нашей встрече?

- Конечно, - сказала Шафран. – Мистер Соломонс и миссис Ндири ждут нас в читальном зале, хотя, признаюсь, я все еще думаю о нем как о кабинете моего отца.

- ‘Я тоже,’ - тихо сказала Гарриет.

Они вошли в комнату, где пять кресел были расставлены полукругом перед столом, который когда-то принадлежал Леону Кортни. Вангари раскладывала папки с кольцами на каждом стуле. Между стульями стояли маленькие столики. Официант в униформе стоял сбоку у буфета, на котором стояли чайники с чаем и кофе, безалкогольные напитки и большая тарелка со свежей выпечкой.

Исидор Соломонс сидел за столом. Он встал, чтобы поприветствовать всех, и убедился, что у каждого есть все необходимые закуски. Вангари села рядом с Иззи. Официант был отпущен, и начались дела дня.

- Я хотел бы начать с благодарности Вангари Ндири за ее вклад в этот проект, - сказал Иззи. - "Без ее знания кенийского законодательства и ее неустанной работы по поддержанию связей с правительственными ведомствами Кении, включая канцелярию президента, мы бы не были здесь сегодня".

Шафран вызвала бурю восторженных аплодисментов. Бенджамин гордо просиял, и Вангари скромно улыбнулась в ответ на похвалу.

- Каждому из вас вручили копии документов, которые президент Кеньятта подпишет завтра, и которые вы, Шафран, подпишете от имени Фонда Леона Кортни. Могу ли я подтвердить, мистер Макори, что президент ознакомился с документами и доволен окончательным проектом?

- Да, это так, - сказал Маку.