Читаем Наследие эльфов полностью

– Прости, сестренка, – продолжал мужчина нагловатым тоном. – Я знаю: тебе нелегко пришлось, и ты все делала, чтобы прикрыть нас, но все же Стервятник велел тебя убить. Предмет твоей души уже уничтожен, так что мучиться ты не будешь, а твой статус и волшебные предметы достанутся мне! Ну как, ты счастлива? Я ведь всегда тебе нравился. Теперь ты можешь уйти без сожалений?

– Кларк, нет! Это засада!

Лоркан стянула с рук перчатки и выскользнула из комнаты.

– Забавная попытка спастись! – фыркнул Кларк. – Но ты, наверное, забыла кто мы? На нашей стороне дедушка Стервятник – нас никто не сможет… – договорить он не успел, так как заледенел и через секунду развеялся.

– Во всяком случае, ты его честно предупредила, – сказала Лоркан, закатывая рукава рубашки из грубого сукна. Ее руки до локтя были словно бы вылеплены из снега.

– Да кто ты?! – крикнул второй некромант, но и его постигла та же участь, что и первого, прежде чем он услышал ответ, а остальные вообще ничего не успели сказать.

– Черт! – прошептал Гарек, и его лицо при этом казалось таким же бледным, как и руки Лоркан. – Поправьте меня, если я ошибаюсь, но, по-моему, это был Танец Стихий.

– Не волнуйся, – сказал мэтр Лоувейн, открывая глаза, – она научилась этому еще до того, как договор с некромантами запретил использовать эту технику.

Герн с эльфами отловили еще пару личей, затаившихся в горной пещере, но больше ничего найти им не удалось. Истребление чудищ оказалось совсем не таким насыщенным, как обещало. Они все еще продолжали прочесывать лес, но было совершенно очевидно, что ничего больше они не найдут. Но Герн тем не менее был мрачнее тучи и нервно покусывал длинный серебряный коготь большого пальца.

– Что-то не так? – наконец спросил Вил.

– Да не знаю я! – мрачно фыркнул полудемон. – Я ничего не чую!

– Но у тебя плохое предчувствие, так? – поинтересовался Эд.

Герн выпустил из зубов коготь:

– Похоже на то.

– Думаю, это Дикий Гон. Когда они в прошлый раз появились, было так же.

– Дикий Гон – это то же самое, что и Дикая Охота?

– Ну, не совсем. Гон – это извращенная демоническая форма. Полтора десятка высших демонов носятся по небу. Сила отрицания возле них настолько велика, что сжигает все вокруг. Но даже если ты достаточно силен, чтобы не исчезнуть, то скорее всего будешь захвачен их аурой и продолжишь скитаться вместе с ними до конца времен.

– Но ты-то их видел, верно?

– Конечно, мы всего лишь простые эльфы, – вздохнул Вил. – Но в этом лесу есть множество вещей, которые защищают нас.

– В действительности дело в том, что все мы видели дно отчаяния, – возразил Эд. – Тот, кто не видел дна, никогда не поймет – с той стороны все выглядит совсем по-другому.

– Да кто в наше время его не видел? – презрительно фыркнул Герн.

– Да на самом деле почти никто, – грустно и мрачно улыбнулись эльфы. – В наше время большинство живет и умирает, так ни разу его и не увидев.

– Это не значит, что они не познали отчаяния, просто они плавают где-то в его толще, так и не достигая самого дна, – добавил Вил.

– Снова эльфийская философия, – проворчал Герн.

– Когда говоришь о природе божественного или демонического, все так или иначе сводится к философии, но философию тоже можно использовать на практике, – улыбнулся Вил.

Герн чувствовал, что от этого беспричинного беспокойства у него скоро начнут стучать зубы. Он был вынужден признать, что еще никогда не испытывал подобного. Но почему? Это всего лишь кучка демонов. Или нет?

– Ладно, – кисло сказал Герн. – Может, расскажете мне о дне отчаяния. Как я понимаю, нам все равно пока нечем заняться. Раз уж его можно как-то использовать.

– Как красиво! – уже в сотый раз выдохнула Нелли, когда они проходили оранжерею с пионами, где, словно лепестки цветов, порхали вихри белых и розовых бабочек. – И среди зимы! Это настоящее волшебство!

– На самом деле никакой магии тут нет, – уже в который раз вздохнула Лоркан. – Возможно, это единственное место в этом Мире, где нет никакой магии.

– Но цветы поглощают «ауру смерти», – заметил Рурлаф, подставляя ладонь огромной бабочке с нежно-розовыми крыльями. – И я никогда не слышал о бабочках с таким окрасом.

– Это генетика, – машинально пояснила Лоркан.

– Ге… что? – хором переспросили некромантка и друид.

– Генетика, – повторила Лори. – Это то, что сделало их такими. Наука такая.

– Об этом запрещается говорить за пределами этого графства. Нарушение этого запрета приравнивается к мятежу против Университета и Совета Магов. Всего несколько человек во всем Мире знают о существовании таких вещей, – сказал метр Лоувейн.

– И всего двое из ныне живущих более-менее понимают их принцип, – добавила Лоркан.

– Боже, как все серьезно, – надула губки Нелли. – А я-то думала, это просто красивые бабочки.