Читаем Наследие эльфов полностью

– Не оставляй меня тут, – сказал он в красную парчу Герновой ученической туники. – Я что угодно буду делать – воду буду носить, – принц поднял голову и посмотрел в лицо Герну, который с сурово сжатыми губами подтягивал ремни на сумке. Мрачная мина придавала звероподобным чертам его лица весьма устрашающее выражение, но на принца это, казалось, не производило ни малейшего впечатления. Он продолжал смотреть на Герна с умильно-жалостным выражением, которое, впрочем, также не производило должного эффекта на Герна.

– Ваше высочество, – вмешалась в немую сцену Мимл, – каждый должен следовать своему пути…

– Это верно, – согласилась Лоркан. – Но сегодня канун Ночи Зажженных Костров – сегодня исполняются самые несбыточные желания, так что принц может поехать с нами.

Все удивленно посмотрели на нее.

– Ура! – закричал принц, запрыгал и захлопал в ладоши от радости.

– Но это только до утра – на рассвете ты должен будешь вернуться в свой замок.

– Это великая честь, но разумно ли это? – спросила Мимл.

– Тетушка, милая… – начала графиня.

– Все будет хорошо, Леда, – не дала ей докончить Лоркан, – мы с Мимл присмотрим за ним.

– Я тоже еду? – уточнила Мимл.

– Да, – кивнула Лори. – Но только до рассвета. Ты же помнишь наш договор?

– Помню, госпожа моя, – Мимл согнулась в глубоком поклоне.

– Но ты не должным образом одета, – прибавила учитель.

– Я знаю, – кивнула Мимл. – Одну минуту.

Она щелкнула пальцами, и ее бархатный с парчой кафтан уступил место сарафану из тонкого зеленого сукна, надетому поверх рубашки из плотной шерсти.

– Но почему только на одну ночь? – недовольно нахмурился принц.

– Все, что начато в канун Ночи Костров, заканчивается на рассвете – это ночь вмещает в себя целую жизнь, – пожала плечами Мимл.

– Ну не все так просто и так печально, – улыбнулась Лоркан, легким движением вскакивая на спину Тенлю и протягивая руку кикиморе, чтобы усадить ее перед собой. – Едем.

Единороги неслись, как ветер, едва касаясь золотыми и серебряными копытами нетронутых снегов, поднимая тучи сияющей пыли. Белоснежные поля уходили за горизонт и, казалось, не имели конца. И звенели, звенели колокольчики.

Герн слушал восторженные возгласы принца за своей спиной, чувствовал, как он крепче вцепляется в его тунику, когда Лурцу приходило в голову, не замедляя галопа, сделать несколько головокружительных прыжков, при которых он обыкновенно резко забирал вбок, то вправо, то влево. И хотя единорог при этом оставался молчалив и серьезен, Герна не покидало ощущение, что он делает это специально, чтобы повеселить принца.

Тенля, которая скакала впереди, неся на себе Лоркан и Мимл, резко остановилась и загарцевала на месте, подняв голову к лазурному куполу неба. Герн проследил ее взгляд и увидел летящую к ним небольшую птицу – сокола, словно сотканного из огня.

Оказавшись над их головами, птица вскрикнула и принялась кружить в небе, сыпля искрами на поднятые к ней лица и снег, оставляя в нем глубокие узкие следы.

Лоркан высоко подняла руку, словно приглашая посланца огня. Птица еще раз пронзительно крикнула и спустилась к ней на подставленное запястье. Огненные когти коснулись белой кожи, но не причинили никакого вреда.

– Что это такое? – спросил Герн, когда Лурц поравнялся с Тенлей.

Птица нахохлилась, скосила на него желтый глаз и яростно крикнула.

Лоркан улыбнулась.

– Это наше приглашение на праздник, – сказала она и повернулась к синему единорогу. – Лурц?

– Да, госпожа моя? – тот величаво тряхнул гривой.

– Успеем ли мы вовремя?

– Или мы не последние из рода! – вскричал в ответ единорог и встал на дыбы.

Принц вскрикнул от неожиданности и чуть не упал в снег, но Герн отчего-то предчувствовал такой поворот событий. За мгновение до этого он крепче сжал Лурцу ногами бока и, хитро извернувшись, успел подхватить падающего принца.

– Так не будем медлить, – фыркнула Тенля, и единороги снова пустились вскачь.

Если и раньше за ними бы не угналась никакая лошадь, то теперь они буквально летели в паре метров над землей, и одинокие деревца, изредка попадавшиеся в этих заснеженных пустошах, исчезали из виду, прежде чем можно было осознать, что ты увидел. Скачка продолжалась весь день, при том, что путь туда в гораздо более медленном темпе занял меньше времени.

На закате прямо перед ними выросла Гора, чей обрывистый склон спускался вниз крутыми уступами, и лишь на высоте мили над землей он становился пологим и поросшим густым сосновым лесом. Тогда Герн догадался, что они обогнули предгорья, называемые Цветущей Землей, и выехали к самому центральному ее хребту.

– Я устал, я есть хочу, – заныл у него за спиной принц.

– Если для тебя это так невыносимо, нужно было оставаться в замке, – довольно сухо отозвался Герн, который тоже начинал чувствовать усталость от непрерывной скачки и удивился про себя, что принц молчал так долго.

– Утешьтесь, – сказал Лурц, чей голос казался немного запыхавшимся. – Нас ожидает такая компания и такой ужин, что мы очень скоро забудем всякую усталость.

– Звучит пугающе, – проворчал Герн.